Глава 14 Продолжение хамства.

   Всю войну провел слабоумный сын шестипалого Гоги в трудах на раненных солдат. Работал честно, никогда от труда не отлынивал. И сам не понимал свалившегося на него счастья. Как он завидовал раненным геройски солдатам, что чудом смогли выжить в мясорубке Второй Мировой войны. А сам-то он никогда и оружия в руках и не держал. А на что ему оружие, еще сам бы себя застрелил по неосторожности. Ему и топор иногда боялись доверять, настолько врачам были заметны странности в его поведении. 

 Но, тем не менее, он часто выступал перед раненными с какими-то декламируемыми стихами, может и сам чего сочинил.

А когда пришла Победа, обидно стало дураку. Как же так, все едут на родину в орденах и медалях, а у него ничего и нет. Вот и придумал дурак изготовить из подручного материала себе и ордена, и медали. А был бы умным, то догадался бы просто украсть у умиравших в госпитале солдат. Вот дурак дураком, а умудрился же изготовить себе имитации так, что от настоящих не отличить, если только не приглядываться. А где у него та родина, чтобы туда возвратиться, он и сам не знает. Отправился бы к своей доброй колдунье в аул Натухай, да от той уже там и след простыл. Как только советские войска освободили Кубань, эта бойкая старушенция моментально нашла себе занятия в военных госпиталях.

 Вот какие-то повылазившие из щелей  во время войны боговерцы из католиков и притащили работящего парня к себе в родной хутор «Пионер» в район станицы Павловской, что в Краснодарском крае. Там их целая диаспора жила ещё до войны. Хотя и называли их там сектантами, но ничего подобного и не было. Обычные католики. А чего не приютить вернувшегося с войны  парня?  Руки ноги целы, а что до головы, так она же у мужика отнюдь не самое главное.

Вот и невеста из тех боговерцев нашлась парню. Тоже тихая и скромная католичка из многодетной семьи боговерцев. Как же ей было не влюбиться в работящего парня, который вышел ростом и лицом. А что до ума, то какие он ей стихи читал по вечерам после работы, а что за повести про войну он ей излагал, то и самый прожженный мошенник никак и не догадается, что перед ним дурак. Про каждую награду, висевшую на гимнастёрке, мог рассказать, как это было, что он так отличился. Да только тот парадный «китель» с наградами он редко надевал и щеголял в нем только в темноте. А нашелся же такой боговерующий христианин, что полюбопытствовал рассмотреть эти «изделия» поближе и в дневном свете. И понял подлог.

Мне как-то проще понять тех папуасов, что пожирали частями тела своих пленных врагов. Так это же понятно, вера у них такая, что надо что-то отъесть у врага своего. Но ведь при этом те папуасы сражались за свою родину и за свою веру. Не за какого же царя или за какую-то нелепую идею. И не папуасы приперлись к христианам навязывать им свою веру. Только христианские проповедники зачем-то шли на папуасов вместе со своим самым величайшим богом, ведя вслед за собой регулярные войска по насаждению христианства в чужие народы. Вот кого больше всего ненавидели эти каннибалы, тех самых христианских пастырей, виновных в уничтожении их родных селений, не пожалевших ни женщин, ни детей из-за нежелания мужчин становиться верноподданными христианами. А тем папуасам еще и после смерти эта пропагандистская мерзость продолжала вонять на корабле каннибалов. Вот оно это и есть это самое «рождественское украшение», ничем в смерти не отличавшееся от остальных мертвецов. А при жизни сколько этих напыщенных спесивцев кичилось своею якобы «святостью»?

Мне никогда не понять всё  христианство, что там можно ещё и надеяться на прощение любого подлого проступка, любого злодеяния. Всё прощает этот их бог в образе своих священнослужителей. И можно творить свои прегрешения и  дальше. Поэтому и не грех был любому доброму самаритянину и настучать куда следовало, на ближнего своего. Например, в НКВД. Молодожены только-только свадебку успели сыграть, как за женихом пришли рано поутру. И получил дурак хороший срок за фальсификацию военных наград. 

Отмотал дурак этот срок полностью и вышел на свободу с чистой совестью. А идти ему опять некуда. Невеста была уже замужем за другим мужчиной, хоть тот был инвалид колченогий, но не по  уму же. Да только и эта свобода дураку недолго продлилась. То уже просто так схватили дурака и навесили ему чужие преступления. А может и лучше было бы сидеть тому дураку, чем на свободе влипать в чужие преступления?  Когда во второй раз вышел на свободу, то мигом помчался искать свою старушенцию. И сразу нашел в Краснодаре, где эта жила в семьях у вернувшихся из Средней Азии детей покойного мужа.

Гудини сильно озадачилась появлением перед ней несчастного дурака. Шел уже 1957 год, и связь с Трюкачом она полностью утратила из-за произошедших в семье Мо-енов несчастий. А напрямую с Трюкачом никак нельзя было связываться, так сильно высоко этот взлетел в чине после войны. А несчастного дурака как-то надо было устраивать в жизни. А на любой работе дурак начинал плести окружающим людям свой бессвязный бред о своих военных подвигах и в том коллективе надолго не задерживался. Так, где-нибудь сторожевал или кочегарил. А чтобы дурак окончательно не свихнулся от жизни такой, Мари Александровна придумала составить для него своё личное завещание и пошла умирать в аул Натухай в дом к своим «родственникам» по периоду войны,  которым и наказала себя не хоронить до тех пор, пока её завещание не исполнится.

Присмотрела себе ветхий сарай во дворе и решила его использовать под свою гробницу, типа мавзолея. Так там и поступили после смерти Гудини. Притащили заказанный и оплаченный ею гроб побольше, уложили туда сухие мощи этой крохотной старушенции и выставили в этот сарай, навесив на дверь огромный замок-варежку ввиду особоценности хранящихся в гробу «сокровищ». 

Вот оно так и оказалось, что не только Россия богата дураками, но и в Адыгее их оказалось превеликое неистребимое множество. Пошёл народ исполнять «завещание». А это «завещание» оказалось исполнить проще куда как некуда. Мне как-то пришлось выслушать это устное «завещание» уже где-то в восьмидесятых годах прошлого века. Звучало «завещание» примерно таким полным бредом: 

« -Когда в одном роду появятся четыре женщины одного рода.

-Мальчик, родного отца не знавший.

-станет. Лысый мужчина, роста высокого и.

-окажется племянник старше дяди своего.

-Древняя старуха, умерла давно, схоронить возле черного камня. и не раньше внука её.»

Вроде бы и не такой уж это бред. И всё легко исполнить. В каком роду не найдётся четырёх женщин? А уж мальчиков, родного отца не знавших, превеликое множество. И ростом много высокорослых и это понятие тоже растяжимое. Камней тоже черных много, как и старух древних на кладбищах тоже отнюдь и не в дефиците. Вот это народ и потянулся к гробу за сокровищами Шамбалы великой и Гималайской, за крымским ханством, за великой книгой тайных знаний от мертвецов и всем тем, что старуха когда-то наобещала дураку. Сразу дурак за обещанными ему сокровищами прийти не смог, умерла старуха в 1964 году. Но в гроб заглянуло ещё множество балбесов, «исполнявших завещание». Некоторые ещё и умудрялись подраться между собой, кому первому заглянуть в этот гроб. Но без смертоубийства ведь и тоже не обошлось. 

Ну, а дурак даже и не собирался исполнять завещание, пока осенью 1966 года внезапно не изменилась жизнь дурака самым расчудесным образом. Вызвали его в военкомат и торжественно вручили ему все его награды. А все те награды, которые он когда-то давно сам себе изготовлял. Оказывается, нашлось его потерянное военное дело, где в действительности его и награждали этими всеми наградами. Просто его самого потеряли после войны, и поэтому эти награды ему никак не могли вручить раньше. Судимость за фальсификацию своих наград моментально с него сняли, а затем и обвинения в чужих преступлениях, мол де нашлись эти настоящие преступники. И на работу сразу смог дурак устроиться так, чтобы сидеть в кабинете с секретаршей и ничего не делать  с хорошей зарплатой начальника.

Вот только после таких изменений в своей разнесчастной жизни и сумел дурак отправиться к гробу за обещанными ему сокровищами. Те, кто до него удостаивался чести обозревать старушечьи мощи в гробу,  как-то сумели держать свой язык за зубами, что им там привиделось. А дураку-то незачем скрывать, что он там увидел. Это его право заглядывать в гроб. Вот он и рассказал, что в гробу, вместо иконки, есть табличка с надписью: «28 мая Людмила»  Вот и нашлась ему сразу и живая Людмила с датой рождения 28 мая. Поженились, и нарожала ему детей Людмила. Опять дураку чего-то неймется. Заглядывает в гроб так, как будто там что-то могло измениться. Наверно, не та Людмила ему досталась. Вот ещё была проблема с дураком, что ему ещё какие-то Людмилы зачем-то понадобились. Так и гонял по всей Кубани за всеми Людмилами. Все какую-то ту разыскивал и зачем? Наверно, чтоб трахнуть, или трахнуть именно в этот день?

И вот ещё проблема с фантазией дурака. Надо же, ему уже полученных наград показалось мало, стал себе ещё придумывать свои новые военные подвиги на потеху окружающим. Да только не долго тем приходилось смеяться над дураком.  Вызывали дурака в очередной раз в военкомат и вручали там дураку очередную награду за этот фантастический подвиг дурака во время войны. Оказалось, что тот дурак в тылу врага действовал так, что вреда врагу нанес больше, чем целый партизанский отряд. А разве это не так? Разве плохо Гудини обучила дурака, что он смог нанести действительный вред оккупантам, сам о том и не подозревая? Вспомним, какие высокие чины германской армии занимались этим дураком: и оберштурмбанфюрер СС, и командующий немецкой дивизией «Эдельвейс». Чудеса, да и только. И тех чудес от Гудини хватало. Так что её проделки и достались дураку в наследство, как его собственный подвиг.

А вот что же заставило освежить склерозную память забывчивого Трюкача? То, что именно он записал подвиги Гудини на дурака, не представляет никаких сомнений. Что могло заставить Трюкача поднять пустую папочку с именем агента советской разведки «Двуликий Эдельвейс»? Ведь Гудини уже умерла и никак ничего не могла напомнить Трюкачу. А освежило ему память не менее мистическое происшествие с самим Трюкачом.

Как же удивился Трюкач, когда спокойно отдыхал на даче в сентябре 1966 года в городе Сочи под охраной (как военное лицо, причастное к государственным тайнам). И вдруг перед ним возникает видение самого шестипалого Гоги собственной персоной, оборванного и весьма грязного. Только страшная вонь, исходившая от Гоги, убедила Трюкача в том, что он не сошёл с ума и это ему не кажется. Призраки не воняют же так. Но последующие действия Гоги по выворачиванию своих карманов, битком набитых долларами США, убедили Трюкача в обратном.  Значит и Трюкач сошёл с ума. Откуда мог взяться в 1966 году в СССР давно покойный Гоги с битком набитыми карманами долларами США? Только с того света. Никак не мог же проникнуть этот Гоги в СССР, да ещё и с долларами,  В СССР  просто за хранение валюты полагался срок вплоть да расстрела. Явно чем-то расстроенный Гоги распорядился Трюкачу передать какую-то часть долларов (кроме этого своего сына) ещё и кому-то там, и причём очень срочно, и в течении срока в три дня. Успел Трюкач осведомиться у Гоги, не нужно ли провести этого призрака-посетителя мимо охраны, но Гоги в ответ пробурчал только что-то вроде того, что он, Гоги, эту охрану ничем не потревожит и визитёр исчез.

Трюкач пошёл спросить охранников, не приходил ли кто к нему, Услышав ответ, что никто не проходил, успокоился. Значит, это точно был сам Гоги, а не его призрак.

Задача Трюкачу предстояла не из легких. Если Гоги был явно не в своём уме, то Трюкач прекрасно всё соображал. И откуда мог взяться этот сумасшедший Гоги, если только не с того света? Неужели на том свете стоит такая вонь? Но деньги-то не пахнут. А вот доллары США в СССР пахли расстрельной статьёй. Но, не подводить же безвинных людей под расстрельную статью? Вот задача только для Трюкача обратить эти доллары в рубли. Сама по себе эта задача была для «Беломорканала» легко разрешимой, но не в таких же громадных количествах долларов. Тут уже и Трюкачу пришлось повертеться на пупе, но чего только не сделаешь ради возлюбленного Трюкачом Гоги. И в указанный Гогой срок обменянные доллары на советские рубли пошли «по этапу» в аул Большой Кичмай. А куда те деньги пошли дальше, то уже не Трюкача дело. 

А при чём здесь Беломорканал? Так «проходил» же он по городу Сочи. Славился по всей стране своей безопасностью. Любой желающий что-либо купить или продать мог им воспользоваться. Но для начала надо было знать пароль: как вскрыть особым образом пачку «Беломорканала»,  сколько должно быть в ней папирос, и как они должны торчать из этой пачки. Дальше оставалось положить эту пачку папирос на столик в указанном кафе и ждать, когда подойдут. Всё остальное было отработано Трюкачом до мелочей так, что система «Беломорканала» за всё время своего существования в советском строе ни разу не дала сбоя.

Но, а к чему Трюкачу было создавать «Беломорканал»? А вот это-то действительно интересно. Никогда не догадаетесь, если не слышали о «Беломорканале». Слухи ходили, что по «Беломорканалу» иногда «плыли» монеты такого раритетного значения, что если где в мире и всплывала такая монета, то имела огромную историческую ценность. Вот то ещё Гогины чудеса, что Трюкач смог не только выжить, но и воспользоваться унесенным из банды  грузом.

Поэтому и лучшего опекуна для Гогиного сына невозможно было отыскать. Конечно, остальные Гогины доллары пошли на обеспечение счастливой жизни его сына. Но, а сколько несчастий этот дурак смог принести другим людям, так в этом же вовсе не дурака винить надо, а глупость и жадность окружающих дурака людишек. Слухи о наследстве у дурака от какого-то богатого отца и при жизни будоражили воображение окружающих, а после смерти того дурака, таки  ничего и не обнаружилось. А как так? Неужели после смерти Гоги не осталось ни состояния в долларах, ни какого-нибудь дела в США? Конечно, так не могло быть. Значит только то, что шестипалый Гоги не признал жизнеспособность потомства у своего сына, так как ещё при жизни составил и разгласил своё завещание в США, в котором назначил наследником своего бизнеса какого-то высоченного лысого негра, который должен прийти на его дело из стран региона Средней Африки.

А куда подевался гроб с мощами самой Гудини? Так его же украли. Как так? А где-то после 1992 года вдруг хозяева обнаружили свой сарай пустым и полуразрушенным. Только замок-варежка висел на своем прежнем месте. Задача усложнилась, теперь ещё предстоит найти этот гроб, чтобы взять из гроба все сокровища, что там продолжают сохраняться нерастраченными. 

После 1991 года и мне как-то раз довелось лицезреть самого этого наисчастливейшего дурака в телевизоре. А мой второй муж у телевизора долго наслаждался его витиеватой речью, после чего меня и вызвал: «Смотри внимательно, какие ещё на свете бывают дураки!» Да уж, бывает же такое зрелище счастливого дурака, ярмарка тщеславия отдыхает. Куда я дела своего второго мужа? А туда же, куда и первого. Настоятельно потребовала с вещами на выход. А первого уже невозможно было переносить с его пристрастием к аккуратнейшему укладыванию в унитазе собственной «колбасы» правильной окружностью. После чего эта правильная окружность мне демонстрировалась для почитания этой грандиозно-гениальной «способности» мужа своего. А не пошли бы вы оба куда подальше со своей гениальностью.

А что третий муж? Так женщина любит ушами, и так только, и только так, может к себе привязать мужчина свою любимую женщину. Сколько раз мне муж не повторял, что «ты само совершенство», но в процессе совместной жизни и у него были некоторые сомнения.

Например, по приказу начальства он построил бытовые условия для рабочих цеха: душевые кабинки и комнату для обеденного перерыва, где в приличных условиях рабочие могли бы пообедать. Ну, а на заводскую столовую у работяг не хватало заработков, после приведения всей промышленности к нулевому результату начала нового тысячелетия. Уже после ремонта, все душевые кабины пользовались особой популярностью у приезжавших с окрестных станиц рабочих цеха. И послеобеденный образцово-показательный отдых рабочих цеха пользовался необычайной популярностью и одобрением у начальства.

Только виновник этого торжества был в печали, вызвав к себе исполнителя своего заказа, моего мужа. И объяснил, что отдаёт ему новый приказ: в трехдневный срок разрушить все эти удобства для рабочих. Да что такое могло стрястись? Оказывается, начальника посетила санэпидстанция в лице двух разряженных пожилых дамочек высокомерного вида и эти дамочки дали начальнику срок: в течение трех суток разрушить и комнату отдыха и душевые кабинки без следа. Но эти дамочки явились, конечно же, со всеми своими документами санэпидстанции, где красовались мне хорошо знакомые их фамилии, для ознакомления с собой всего заводского начальства..

Тогда мужу моему пришлось долго удивляться моему гомерическому хохоту над их заводскими «тяготами» от санэпидстанции. Отсмеявшившись, я ему приказала провести этих важных дам из санэпидстанции не в душевые кабины с комнатами отдыха, а в цех, и только именно в работающий цех. Где, среди станков, ему надлежало с ними познакомиться подробно, как именно моему мужу, дать дамам подробную всю обо мне информацию, чтобы эти дамочки больше не шебуршились по заводу.

Молодец, он как-то так сумел уговорить начальника цеха всё же не паниковать перед дамами из санэпидстанции с их угрозами строгого выговора со штрафами. И на заводской проходной муж договорился с вахтёрами встретить дамочек на проходной со всеми почестями особопочитаемых гостей.

Со всем присущим ему обаянием, эти дамы точно были препровождены в цех, и точно им там что-то мой муж рассказывал про свою жену эдакое хвалебное. Но после этого, этих двух дам никто больше на заводе так и не увидел. Как же могло произойти, на строгом режимном заводе, что эти дамы прошли в завод через единственную заводскую проходную и после этого каким-то образом испарились. Где же они теперь зарыты эти нарядные дамы, а иначе как объяснить уму непостижимое исчезновение двух дам с огороженной высоченным забором территории завода? Долго потом мужа дразнили вопросом, куда же он зарыл всю эту «санэпидстанцию»? Ведь урыл, и не иначе как.

Да всё просто объясняется, просидели эти дамы на своих окладах долгие годы, согревая своими тельцами «рабочие» места, обе лет по тридцать имели «трудовой стаж», ничего не делая из своих прямых обязанностей. А вместо этого шлялись по всем здравпунктам всех заводов и «проверяли» ведение бумажной документации на пациентов медиками, как будто там что-либо могли понимать. Ах, как их там приветливо встречали запуганные медички, и стол накрывали прожорливым дамочкам. Да и в поликлиники прекрасно могли позволить себе зайти, поиздеваться над тупыми медиками, начиная с главных врачей и критикуя записи про пациентов у практикующих врачей. Прекрасно эти дамы устроились вертеть задом, пока мною не вскрылась «бесшумная литейка» на одном из заводов с давно оглохшими крановщицами. Эти пенсионерки и занялись выколачиванием всей своей им полагающейся пенсии за наступление своего профессионального заболевания. «Атас, рабочий класс». Пришлось этим «важным» дамочкам переодеваться в рабочую робу и лазить по всем цехам с аппаратурой для определения всех профессиональных вредностей в точном измерении. То есть, приступить к своим прямым обязанностям, а не лазить к медикам «пожрать на шару».

Долго не сумели нежные дамочки переносить тяготы своей, оказавшейся такой неблагодарной, профессиональной работы и отправились «осваивать» другие производства на тех заводах, где их точно ещё не знали. А тут их мой муж и подхватил на проходной  и в цеху им показал на станки, которые они должны были бы обследовать с надлежащей аппаратурой.  А уж меня эти дамочки точно никогда не забудут, что лишила их привилегий от «власти» над умами дураков. Только себе дамы и представили, как и здесь я появлюсь в защиту мужа своего. «На свете счастлив тот бедняк, с его простой любовью, что не завидует никак богатому сословью».

 

Прочли стихотворение или рассказ???

Поставьте оценку произведению и напишите комментарий.

И ОБЯЗАТЕЛЬНО нажмите значок "Одноклассников" ниже!

 

0
19:36
191
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!