Разбираем рассказ Ольги Зиминой "Ичиги". Учимся.

Разбираем рассказ Ольги Зиминой "Ичиги". Учимся.

Подробный разбор рассказа нашего нового автора Ольги Зиминой «Ичиги», которая хочет опубликовать его к юбилею мамы . На его примере проведём небольшой мастер-класс. Курсивом выделены замечания. А вы друзья, можете высказывать ваше мнение о рассказе и задавать вопросы в комментариях.
Полный авторский текст рассказа смотрите в комментариях.

  • — — — — — — — — — — — — — — — — — — —-

Ичиги

«–Петь, просыпайся,– старшая сестра Нина трясла за плечо братишку,– тебе в школу пора.

Мальчишка, едва разлепляя глаза ото сна, буркнул:

–Темно ещё,– и натянул старенькое одеяло на голову. Ему так не хотелось слезать с тёплой печки. Широкая лежанка на печи была спасительницей. После катанья братья Алёшка и Петька залазили на прогретую печку и засыпали. Сейчас же, на месте Алёшки спала сестрёнка. Ещё вначале зимы, катаясь с братьями на реке, промочила ноги. Распухшие ноги и шагу ступить не давали от боли».

— — — — — — — — — — — — — — — — —-

(Не поняла, каким образом катались дети на реке. На коньках ли, санках? Надо бы пояснить буквально одним словом).

— — — — — — — — — — — — — —-

«–Вставай, соня! Не то опоздаешь, скоро мама придёт.

На кухне, гремя рукомойником, умывалась Мария Ивановна. Она приехала в село по направлению работать фельдшером. Её муж, как и их отец, был на фронте. Попросилась к Кристине Григорьевне на квартиру».

— — — — — — — — — — — —-

«На квартиру». Наверное, это выражение такое, но читатель сразу представляет себе квартиру. Быть может, надо было написать «сняла комнату». Ведь дальше в рассказе становится понятно, что это не квартира, а дом. И непонятно, почему Мария Ивановна попросилась именно к Кристине «на квартиру». В деревне, поселке ли, проживает не так уж и мало людей, раз школа есть, почему же она попросилась к женщине, у которой пятеро детей! Тем более, раньше они не были знакомы, почему выбор пал именно на этот дом?

— — — — — — — — — — — — — — —

«Хозяйка приняла молоденького специалиста со словами: – « Ну, что же, живите. Хоть втесноте, да не в обиде. Глядишь, всем вместе-то легче будет».

–Тётя Мария, помогите мне слезть с печки, может, я сегодня смогу пойти в школу, попросила Нина».

— — — — — — —-

После слова «школу» и запятой, надо бы поставить тире, чтобы отделить прямую речь. Это очень важно.

— — — — — — — — — —

«Женщина подхватила лёгонькую девочку и помогла встать на ножки. Пройдя несколько шагов до лавки у стола, она села со слезами».

— — — — —

Смотрите, женщина сделала то-то и того, а потом «пройдя несколько щагов до лавки у стола, она села со слезами». Получается, что это учительница села со слезами. Предлагаю вместо «она села со слезами» написать «та села со слезами». Тогда больше будет похоже, что речь идет о девочке.

— — — — — — — — — — — — —-

«Дальше идти не было сил. Слёзы так и хлынули из глаз ребёнка. Чувство безысходности от того, что нет возможности помочь ребёнку, расстраивало фельдшера.

–Не плачь, Нина,– она подошла и обняла девочку, понимая, что ни сегодня и ни завтра в школу она не пойдёт. В медпункте нет нужных лекарств.

– Одевайся, Петя, не то опоздаешь, – напомнила она мальчику.

Дверь в сенях громко хлопнула, послышался топот у входной двери. «Мама!» – услышав знакомый стук, обрадовался Петя. Посмотрев на плачущую сестру, строго сказал:

–Хватит! Не нюнь! Мама пришла.

— — — — — —

«Дверь в сенях…»— в печатном тексте не надо делать отступы, красную строку, как, если бы это был рукописный текст. Здесь все проще.

— — — — — — — — — — — — — — — — — —

«Сестра всхлипнула и притихла. Впуская клубы морозного воздуха, в дом зашла мать с ночного дежурства. Колючие снежинки запутались в воротнике и ворсе длиннополой дохи. Скинув её, женщина стала похожа на нахохлившегося, промёрзшего воробышка. В фуфайке она была маленькая и худенькая, скорее выглядела подростком, а не матерью пятерых детей».

— — — — — — —-

Вот тут не поняла про количество надетых теплых вещей. Доха, это же типа нашей дубленки, только просторная и мехом наружу. То есть, теплая одежда. А под ней на Кристине была фуфайка, это такая мягкая толстая стеганая ватная «куртка». Получается, что если на фуфайку надеть доху, то эта самая доха должна быть на несколько размеров больше. Для женщины, которая сторожит склады в мороз— самое то. Но все равно, даже не смотря на свою миниатюрность и худобу, Кристина в фуфайке не могла выглядеть подростком и казаться маленькой. Она могла бы так выглядеть, если бы скинула с себя еще и фуфайку. Я так думаю.

— — — — — — — — — — — —-

«Думы, как накормить детей, как вылечить больную дочку, всё навалилось на одни женские плечи».

— — — — —-

Вот все-таки «корябнуло» слово «думы». Может, все-таки, «мысли». Но я не настаиваю ни в коем случае.

— — — — — — — — — — — —

« Оглядевшись, попросила сына:

–Петя, дай-ка мне веник, вон, сколько снега налипло, ночью опять порошка сыпала. До костей продрогла.

Большие валенки с грубой подшивкой, явно не с её ноги, выглядели нелепо, но и таким она радовалась. Свою-то обувь отдала старшей дочери Варваре. Она училась в городе Нерчинске на бухгалтера. На выходные дни приезжала домой за картошкой и морожеными кружками молока»,

— — — — — — —

После «молока» надо бы поставить точку.

Теперь про «морожеными» кружками молока.

Предполагаю все-таки, что Варвара приезжала в первую очередь за молоком, а не за кружками. А потому надо бы написать за «замороженным молоком» или «за кружками с замороженным молоком».

Это слово «мороженое» (всем известный, к примеру, пломбир, продукт, изготовленный из сливок и сахара) пишется с одним «н». А здесь молоко заморозили, получается, что оно«мороженное», это страдательное причастие от слова «морозить».

— — — — — — — —

«–Сейчас, мама.

И, не глядя в лицо, подал веник».

— — — —-

Предлагаю написать не «в лицо», а «в глаза».

— — — — — — — — — —-

«–А ты чего в пол-то глаза прячешь, опять поругались?

–Да, Нинка уросит, в школу хочет идти».

— — — — — — — — — — — —

Не поняла слово «уросит». Может, это какое-то простонародное словцо, о котором я не знаю. А, может, опечатка, и следует написать слово «просит». Но тогда лучше бы написать «в школу просится».

— — — — — — — — — — — — — — —-

«Дочка опустила голову и опять заплакала.

–Вот беда-то, чё и делать?! – В сердцах, сетовала мать».

— — — — — — — — — — —-

После слова «сердцах» не надо запятой.

— — — — — —-

«–Я когда домой шла, Любовь Николаевну встретила, ихнюю учительницу, так она про здоровье спрашивала. Но какое тут здоровье, раз не ходит. Как простудилась, так и болеет, выучить хотела башковитая она вся в отца».

— — — — — — — — —

А вот после слова «хотела» обязательно нужна запятая, и после слова «она» тоже. Получилось бы «Как простудилась, так и болеет, выучить хотела, башковитая она, вся в отца». А еще лучше было бы разделить одно предложение на два. Вот так: «Как простудилась, так и болеет. Хотела ее выучить, башковитая она, вся с отца».

— — — — — — — — — — — —-

« Мать устало присела на лавку.

– Видно, не будет Нинча нынче учиться, – пожалел Петя сестрёнку.

– Вот и учительница также говорит, жалко, если до конца зимы не оздоровит, останется на второй год. Сообразительная, всё на лету схватывает, – тихонько говорила она фельдшеру.

— — — — — —

Предлагаю поменять местами куски «Видно, не будет…» и «Вот и учительница…». Тогдафраза «тихонько говорила она фельдшеру» будет логичной, ведь это мать устало присела на лавку, она и разговаривает с фельдшером. Или, еще лучше, после слова «схватывает» написать «вздохнула Кристина, обращаясь к фельдшеру».

— — — — —-

«Нина уже не плакала, но смотреть на её опущенные плечики, притихшую и отстранённую, было невыносимо».

— — — — — — —-

Коряво получилось. Предлагаю написать: «Нина уже не плакала, но смотреть на нее, притихшую, отстраненную, с опущенными плечиками и заплаканным лицом было невыносимо».

— — — — — — — — —

«Девочка беззвучно твердила:»…

— — — — —

Беззвучно, значит, без звука. Полагаю, надо было написать «едва слышно».

— — — — — — — — —

« –Я в школу хочу.

–Ладно, одевайся, что-нибудь придумаем, я только корову подою.

–Вы бы, Кристина Григорьевна, чай с нами попили, замёрзли же, – предложила фельдшер.

–Ладно, я уж потом, не то опоздаем.

Кристина через ночь сторожила колхозные склады, а днём убирала в медпункте. До войны они с мужем в магазине работали. Он торговал, грамотным был, она полы мыла и ему помогала. Считала хорошо, а вот писать не умела. Когда Семёна в сорок втором отправили на фронт, сменила место работы.

Мать заглянула в спаленку, где посапывали младшие детишки.

— — — — — — — —-

Предполагаю, надо бы обозначить их имена, к примеру: «… детишки— Леша и Андрейка (или Сашка)…»

Всего детей пятеро: старшая Варвара, потом Нина, Петя, Алешка (Петя и Алешка спали до болезни сестренки вдвоем на печке), а кто пятый? И если совсем маленький, то почему тоже не на печке, где тепло?

— — — — — — —-

« Лёшка совсем большой стал, за сестройприглядывал, как взрослый.»

— — — — — —-

За какой сестрой приглядывал? Может, я что-то пропустила, запуталась в детях? Может в спаленке посапывали Лешка с сестренкой, имени которой мы не знаем?

— — — — — — — — — — — — —-

« На улицу до прихода матери не выпускал. Тяжело вздохнув от бессонной ночи, пошла хлопотать по хозяйству.»

— — — — —-

Предлагаю предложение «Тяжело вздохнув…» написать с новой строки. Проза, она,, как дыхание, надо чувствовать, когда одна мысль отделяется от другой, когда надо сделать передышку.

— — — — — — — — — — —-

«Мария Ивановна достала чайник из печи, вода в нём до утра оставалась тёплой. Наложила каши из чугунка ребятам. Когда Кристина вернулась, дети уже поджидали её. На распухшие ножки с трудом натянули старенькие валенки. Видя, как дочка морщится от боли, подумала: «Надо ичиги сшить, так она долго не выдюжит».Посадила дочку на спину. Ниночка обняла мать за шею и довольная прижалась к ней.

— — — — — — — —

Вот здесь, я полагаю, автору надо было бы «пропустить через себя» эту сцену. Утро, дом, полный детей, завтрак, сборы в школу…

Смотрите, мать уходит «похлопотать по хозяйству», да? А куда именно? Подоить молока!!! И вот она уходит, а Мария кормит детей кашей и теплой водой. Почему же не покормить их завтраком с молоком? Теплым, только что из-под коровы, молоком? Пятеро детей, среди которых одна девочка больная. Да корова вообще в той ситуации была богатством, спасением, настоящей кормилицей! Если есть молоко, то и масло есть. Это жизнь! А так получается, что им дали каши, да теплой воды из чайника, что вынули из печки.

— — — — — —

«– Бери, Петро, сумку свою и сестры да пойдёмте в школу. Когда вышли на улицу, ветер поднимал над землёй выпавший снег и позёмкой наметал сугробы вдоль заборов. А то, закрутит, закрутит и бросит пригоршню колких снежинок в лицо».

— — — — — — — — —

После слова «и сестры…», перед «да пойдемте…» непременно нужна запятая.

После прямой речи надо бы разлепить текст, опустить на новую строку «Когда вышли на улицу…» Иначе получается, что это речь матери продолжается.

Автору следует повнимательнее почитать текст.

— — — — — — — —-

«Хоть бы сил хватило до школы дойти, хоть бы не упастьс дочкой, ветер-то ишь какой », – думала Кристина, медленно шагая по снегу.

Мать никак не могла сообразить, из чего можно сшить ичиги, решение пришло неожиданно».

— — — — — — — — — — — — —-

После этого абзаца просто необходимо расставить какие-то временнЫе акценты.

Вот смотрите. Мать проводила детей в школу. И в это время она постоянно думала о том, как бы сшить ичиги больной дочке.

Поскольку рассказ— все-таки произведение художественное, оно и должно «рисовать картинку», чтобы читатель все видел и слышал, чтобы он был там, в этой деревне, рядом с Кристиной и детьми.

Пусть она вернется домой и после этого примется за шитье ичиг…

Как вариант: «Вернувшись домой, она оторвала длинные рукава от дохи, распорола на лоскуты…»

Хотя трудно себе представить, что она прямо-таки «оторвала» рукава. «Распорола рукава, разобрала их на лоскуты…» Они ведь были сшиты, возможно, из кусков овчины. Зачем отдирать, отрывать рукава, это же драгоценная меховая доха, к ней нужно бережно относиться и не рвать.

— — — — — — — — —

« Оторвав длинные рукава от дохи, распорола на лоскуты. Сделав выкройку из старой газеты, стала подбирать кусочки кожи, сшивая их шерстью вовнутрь, чтобы были теплее и мягче. Помогать принялась Варвара. Она как раз домой приехала. Скручивала нитки в три, четыре ряда и проходилась по ним варом, это варёная смола для крепости и, вдёрнув их в иглу, подавала матери. Следушки Кристина вырезала с цельного куска, чтобы шва не было. Попадёт рубец под пятку, натрёт до боли. Получились ичиги удобные и тёплые. « Если бы ходила дочка, так бы в пляс и пустилась на радостях».

Глядя на такую безрукавку–доху, Варя спросила:

– Как же, мама, ты теперь сторожить-то будешь, холодно ведь?

– Чего уж, учиться-то надо. Вот свёкру надо сказать, доху-то он мне отдал. Боялся, что застужусь. Добрый, он ругаться не станет и внуков любит.
Вечером зашёл дед Сидор, внуки окружили его, без гостинцев он не заглядывал. Хоть и худо жилось всем, а всё же чем-нибудь да удивит. Пока раздевался, подарочек на порожек примостил, потом открыл туесок и на стол поставил. Внутри алела мороженая брусника.

– Ты, невестка, заваривай морс ребятам-то, он хоть и кислый, но всё, же полезный. А это следушки на ичиги из потника выкроил, чтобы быстро не проносиласьподошва-то.

— — — — — — — — —-

Вот молодец Сидор. Морошки детям принес, витаминов. А мать утром молока не дала. И это в такое тяжелое военное время!

Конечно, я тут отвлекусь, но уверен ли автор, что в семье была корова? Чтобы содержать корову, ее надо кормить. Летом она пасется, а зимой— это ценная пшеница, сено… Если ее не кормить, она превратится в скелет, а чтобы кормить, надо летом запасать корма. Но откуда бы взяться в хозяйстве семьи пшенице или кукурузе, к примеру? Содержание коровы — это дорогое удовольствие. И вообще наличие коровы в то время в семье, где нет мужчины— сомнительно. Дело в том, что во время войны Нерчинский район, как и все Забайкалье, работало на фронт, и все, что производилось в сельском хозяйстве, отправлялось туда. В том числе, брынза. Чтобы ее производить, нужно было кормить колхозных коров, а начиная с 1942 года в Забайкалье была страшная засуха, и урожаи резко упали… Кроме того, на коровах и быках пахали!!!

Пусть автор не сердится на меня за это отступление. Просто я воспринимаю этот рассказ почти, как документальный очерк, ведь речь идет о вполне реальных людях, а значит, он должен быть правдоподобным реальным.

— — — — — — —-

« – Я думала, тятя, ты нас ругать станешь за доху.
– Не за че тебя ругать, ты ради дочки рукава изрезала. К нам сходи, Евдокия придумает, как надставить, да травки кой-какой даст.

На ночь мать грела воду и заваривала свежий саранжиный веник».

— — — — — —-

Что такое «саранжиный веник»? Хотя бы пару слов о нем. Может, это обыкновенный веник, и мать использовала его просто, как горячую припарку, как компресс. А, может, это какой-то забайкальский, особенный веник из целебнойтравы или кустарника. Хотя бы два слова о нем. Чтобы читатель понял, чем вылечили девочку.

— — — — — — — — — — —

«Отжав воду, быстро оборачивала детские ножки, а сверху укутывала вязаной кофтой. Сидела дочка так, пока веник не остынет и снова процедура повторялась. Больше недели лечили и поили травами. На ночь растирала мазью суставчики, разогревала их. Как-то утром Нина сама спустилась с печки и уверено прошла по кухне.

– Мама! Мама! Смотри, Нинча ходит!

Удивлённый и радостный кричал Петя. У Кристины слёзы на глазах навернулись. Она подхватила дочку на руки:

– Миленькая, родненькая справились, справились.

Мать кружила радостно дочку. Всё-таки удалось поставить на ноги.

Носила Нина ичиги с тёплыми шерстяными носками и ходила в школу так до конца зимы.

Эту историю я услышала от своей мамы и подумала: «Какое же сильное желание было у неё учиться. Не останавливал в войну ни холод, ни голод, ни болезни».

— — — — — — — —

Читатель понял, что речь идет о маме автора, которую зовут Нина. И это у нее было сильное желание учиться. И вдруг внизу:

« Сейчас ей почти девяносто лет. Она хорошо считает, читает книги и трудится. Часто вспоминает детство и свою малую родину – Зюльзикан».

Кому: ей? Маме? Я предполагаю, все-таки, что это бабушке Кристине почти 90 лет. Но об этом надо написать. «Сейчас бабушке почти девяносто лет…»

— — — — — — — —-

Посвящается моей бабушке Кузнецовой Кристине Григорьевне и маме Слепнёвой Нине Семёновне.

— — — — — — — — — — —

Желание записать семейную историю дорогого стоит. Тем более, когда рассказ этот записан со слов мамы, то есть, непосредственного участника этих событий. И рассказ этот, тем более, если он будет напечатан, станет достоянием семьи, не говоря уже просто о читателях. Вот поэтому к нему и надо отнестись серьезно, ничего не фантазируя, поскольку он основан на подлинных событиях.

Я так тщательно и подробно «анатомировала» его исключительно потому, что поняла: он написан начинающим автором, который, согласившись выложить его на наше обсуждение, согласен немного поучиться. Я даже не остановилась на главной мысли этого рассказа, на том, что девочка-подросток так сильно хотела учиться (что, согласитесь, довольно редко, дети же нередко отлынивают от школы и т.п.), потому что это и так ясно.

Мне хотелось показать автору, что на самом деле писать прозу — дело довольно легкое, если быть просто повнимательнее и дать себе труд (как я нередко говорю нашим авторам) «нарисовать картинку». Можно вообще представить себе чуть ли не «раскадровку» фильма. Для этого нужно всего лишь подключить воображение и «увидеть», «услышать» все то, о чем автор пишет. И тогда все встанет на свои места.

Читатель, когда читает, скользит взглядом по буквам, складывая их в слова, как раз «видит» то, что написано. Вот Кристина с дочкой на спине, проваливаясь в снег и сопротивляясь ветру, идет в школу, рядом шагает, прикрывая лицо ручками в варежках, Петя… Мы видим эту метель, видим эту компанию, впереди качается фонарь, который освещает уже крыльцо одноэтажной школы…

И тут автор пишет о том, что Кристина задумывается о том, из чего бы смастерить ичиги… Он «бросает» Кристину, и вот она уже отрывает рукава от дохи… Когда? Где?

Поэтому я и посоветовала добавить: Вернувшись домой, Кристина сделала то-то и то-то… Понимаете?

Очень важны какие-то связки в тексте, смысловые, временные. Важны описания, пусть даже скудные (если рассказ с динамичным, оригинальным сюжетом, где какие-то детали даны, как в картине, жирными и яркими мазками). Если же рассказ без особого сюжета, а просто зарисовка, то пусть автор передаст нам, читателям, атмосферу этого пейзажа или настроение влюбленной героини, которая прижимает к груди букет ромашек (это я грубо, понимаете). Можно даже так описать какое-то состояние души или природы, что читатель услышит музыку…

Мне, к примеру, понравилась такая деталь, как кружки с замороженным молоком. То есть, Варвара приезжает домой, мать дает ей с собой сетку с картошкой и кружку с замороженным молоком. Зима же, мороз! Молоко отлично сохранится до того, как Варя довезет его до города…

Желаю автору новых работ, попыток в разных жанрах. Пусть это будут те же самые зарисовки, короткие сюжетные рассказы. Пусть он потренируется в описаниях, диалогах. Здесь — полная свобода. У нашего автора есть большой потенциал и желание писать, а это самое важное. Остальное придет с опытом.

Успехов!

+3
11:38
202
RSS
12:48
+2
Мне Ольгин рассказ понравился. Более того, я думаю, что это хороший рассказ, и язык неплохой, а если еще и учесть такой профессиональный и подробный анализ Анны, то будет вообще здорово. Что касается моей точки зрения, то скажу откровенно, что заметила при чтении текста много пунктационных ошибок, которые тоже указаны А. Даниловой. Ну, здесь понятно, но вот перед изданием проверьте, Ольга, их. Читатель не простит Вам этого. И еще, пишите, у Вас все получится.
13:16
+2
Добрый день! Прочла рассказ и согласна с мнением Анны, что он включает семейные события, о чём потом автор и упоминает. Да, их нужно описывать более внимательно. Я тоже запуталась в детях. Например, кто же младший ребёнок, с кем он остался, когда все ушли по делам.Как в будний день Варвара оказалась дома, если училась в городе?
Может быть, фельдшер попросилась на постой к уборщице медпункта, потому что только её знала в селе? Может, её «определили» на постой. Могла присмотреть за детьми…
О кружках с молоком. Я так поняла, что молоко было заморожено кружкАми, а не в крУжках. Непонятна ситуация с коровой.Ведь для женщины одной содержать корову сложно.
Автору нужно предлоги разделить со словами — в тесноте, в начале зимы.
Вообще, рассказ трогает своей искренностью, любовью к своим родным.
Автору спасибо и успехов!
13:48
+2
Честно говоря, после такого исчерпывающего анализа текста известной писательницей и добавить нечего. Согласен, что за печатным текстом читатель должен видеть картинку происходящего. А это означает, что автору необходимо уметь словами «нарисовать» своё повествование. Яркие мазки, оттенки или отдельные детали не только помогают погрузиться глубину произведения, но и вызывают интерес у читателя. Может быть, даже любопытство. Словами важно разбудить, соответствующие жанру повествования, чувства.
Анна права, что, если уж вы решили посвятить себя писательству, надо больше писать. И больше читать, я думаю и учиться у классиков. С особым вниманием надо относиться к мемуарам, тем более к посвященным своим самым близким людям.
Всего этого я и сам себе желаю. Век живи, век учись! Я, например, к стыду своему даже не знал, что такое ичиги. Спасибо Ольге теперь знаю.
Удач вам, Ольга, на этом трудном, но интересном пути!
14:50
-1
Очень не понравилось, что художественный текст разбит (разбавлен) редакторскими замечаниями. В текст невозможно проникнуть, как бы увидеть его изнутри. И редакторские замечания раздражают, потому что не позволяют это сделать. Типа хочется сказать: не надо, пожалуйста, бежать впереди паровоза. Но у рецензента выгодное положение: она сначала прочитала текст целиком, увидела его, как некое законченное произведение, а уж потом стала обращать внимание на детали.

То есть, у меня после прочтения выложенного для обсуждения синтетического текста возникло, как говорится, чувство глубокого неудовлетворения. Во первых потому, что мне не дали самостоятельно «пощупать» кончиками рецепторов души художественную ткань самого произведения. И мне ровным счетом совершенно нечего о ней сказать. Во вторых, я оказался полностью неудовлетворенным и самой подачей рецензии. Поясню. Это, по сути, редакторская правка. Редактор по определению вступает с автором в отношения тет-а-тет. Это можно сказать сугубо интимные отношения. Никаких третьих лиц тут быть не должно. В третьих, редактор делает такую подробную рецензию, когда (и это может быть самое главное), начинает РАБОТАТЬ с автором, то есть, когда рукопись принята к публикации. Если принята, то каким издательством? – Ответа нет. Если не принята, то зачем редактору так подробно и обстоятельно мотивировать свой отказ. И наконец, последнее: а что здесь обсуждать? Рецензент высказала своё личное мнение, сформировавшееся на собственных вкусовых пристрастиях. И мнение её (как это и обычно бывает, и как впрочем, и должно быть) окончательное и обжалованию не подлежит.

Короче, мне такая форма обсуждения – не понравилась. Ну, разве что только, если рецензент дает мастер-класс по написанию рецензий (критическому разбору художественных произведений). Но это опять же, по моему мнению – выстрел в пустоту: такого профессионального уровня рецензентов в Клубе нет и в помине. По крайней мере, за два года пребывания в Клубе я еще ни разу не сталкивался с такими развернутыми рецензиями. Полагаю, даже уверен в этом, рецензия пойдет на пользу автору, поскольку — ни только обстоятельная, но и доброжелательная. Но мы-то, приглашенные на обсуждение, при чем? Что нам следует тут обсуждать? Поскольку рецензент всё это сделала за нас, и сделала превосходно.
Для начала вам стоит посмотреть, в какой рубрике проводится обсуждение — это авторские мастер-классы Анны Даниловой, и она имеет право выбрать тот способ подачи материала, который ей кажется подходящим. «Такого уровня рецензии» есть и в других мастер-классах Анны, и в её комментариях к обсуждениям на «Семинарах по прозе», и если вы, Георгий, этого не заметили, то это ваши проблемы.
К сожалению, из-за серьёзной занятости я пропустила тот момент, что Ольга не выложила у себя текст рассказа, чтобы дать на него ссылку. Это было моё упущение, а никак не Анны, подготовившей такой подробный профессиональный разбор, который полезен не только автору рассказа, но и всем, пишущим малую прозу. К слову сказать, за такие рецензии раньше в Союзах писателей брали немалые деньги, да и сейчас солидные издательства это практикуют. Анна же делится своим мастерством с нами совершенно бескорыстно.
Если вам нечего сказать, то лучше промолчать, чем сотрясать воздух. А Ольге, думаю, будет интересны и комментарии других участников нашего Клуба, пусть не таких профи, как Анна, но ведь мнение читателя всегда важно для автора.
Если вам нечего сказать, то лучше промолчать, чем сотрясать воздух.

Елена, а я и говорю только тогда и только потому, что мне ЕСТЬ что сказать.
Более того, я это «ТО, ЧТО ХОЧУ СКАЗАТЬ» — стараюсь аргументировать. Что сделал и на этот раз.

Да и Анна сказала, что мы здесь для того, чтобы порассуждать. что я и делаю с удовольствием…
Мы здесь для того, чтобы порассуждать о рассказе Ольги Зиминой и подсказать ей (по её просьбе), что стоит поправить перед публикацией. Это мне кажется первостепенным. А вовсе не для того, чтобы поучать ведущую мастер-класса. Вы уж простите, но единственная мысль, приходящая мне в голову от ваших комментариев — "учили яйца курицу".
15:18
+1
Уважаемый Гомункулус, Вы абсолютно правы. Я должна была поместить рядом с моим текстом оригинал рассказа. Вот, выкладываю его сейчас здесь. Позже отвечу на Ваш комментарий.

Ичиги

– Петь, просыпайся,– старшая сестра Нина трясла за плечо братишку,– тебе в школу пора.
Мальчишка, едва разлепляя глаза ото сна, буркнул:
– Темно ещё,– и натянул старенькое одеяло на голову. Ему так не хотелось слезать с тёплой печки. Широкая лежанка на печи была спасительницей. После катанья братья Алёшка и Петька залазили на прогретую печку и засыпали. Сейчас же, на месте Алёшки спала сестрёнка. Ещё вначале зимы, катаясь с братьями на реке, промочила ноги. Распухшие ноги и шагу ступить не давали от боли.
– Вставай, соня! Не то опоздаешь, скоро мама придёт.
На кухне, гремя рукомойником, умывалась Мария Ивановна. Она приехала в село по направлению работать фельдшером. Её муж, как и их отец, был на фронте. Попросилась к Кристине Григорьевне на квартиру. Хозяйка приняла молоденького специалиста со словами: – « Ну, что же, живите. Хоть в тесноте, да не в обиде. Глядишь, всем вместе-то легче будет».
– Тётя Мария, помогите мне слезть с печки, может, я сегодня смогу пойти в школу, попросила Нина.
Женщина подхватила лёгонькую девочку и помогла встать на ножки. Пройдя несколько шагов до лавки у стола, она села со слезами. Дальше идти не было сил. Слёзы так и хлынули из глаз ребёнка. Чувство безысходности от того, что нет возможности помочь ребёнку, расстраивало фельдшера.
– Не плачь, Нина,– она подошла и обняла девочку, понимая, что ни сегодня и ни завтра в школу она не пойдёт. В медпункте нет нужных лекарств.
– Одевайся, Петя, не то опоздаешь, – напомнила она мальчику.
Дверь в сенях громко хлопнула, послышался топот у входной двери. «Мама!» – услышав знакомый стук, обрадовался Петя. Посмотрев на плачущую сестру, строго сказал:
– Хватит! Не нюнь! Мама пришла.
Сестра всхлипнула и притихла. Впуская клубы морозного воздуха, в дом зашла мать с ночного дежурства. Колючие снежинки запутались в воротнике и ворсе длиннополой дохи. Скинув её, женщина стала похожа на нахохлившегося, промёрзшего воробышка. В фуфайке она была маленькая и худенькая, скорее выглядела подростком, а не матерью пятерых детей. Думы, как накормить детей, как вылечить больную дочку, всё навалилось на одни женские плечи. Оглядевшись, попросила сына:
– Петя, дай-ка мне веник, вон, сколько снега налипло, ночью опять порошка сыпала. До костей продрогла.
Большие валенки с грубой подшивкой, явно не с её ноги, выглядели нелепо, но и таким она радовалась. Свою-то обувь отдала старшей дочери Варваре. Она училась в городе Нерчинске на бухгалтера. На выходные дни приезжала домой за картошкой и морожеными кружками молока,
– Сейчас, мама.
И, не глядя в лицо, подал веник.
– А ты чего в пол-то глаза прячешь, опять поругались?
– Да, Нинка уросит, в школу хочет идти.
Дочка опустила голову и опять заплакала.
– Вот беда-то, чё и делать?! – В сердцах, сетовала мать.– Я когда домой шла, Любовь Николаевну встретила, ихнюю учительницу, так она про здоровье спрашивала. Но какое тут здоровье, раз не ходит. Как простудилась, так и болеет, выучить хотела башковитая она вся в отца.
Мать устало присела на лавку.
– Видно, не будет Нинча нынче учиться, – пожалел Петя сестрёнку.
– Вот и учительница также говорит, жалко, если до конца зимы не оздоровит, останется на второй год. Сообразительная, всё на лету схватывает, – тихонько говорила она фельдшеру.
Нина уже не плакала, но смотреть на её опущенные плечики, притихшую и отстранённую, было невыносимо. Девочка беззвучно твердила:
– Я в школу хочу.
– Ладно, одевайся, что-нибудь придумаем, я только корову подою.
– Вы бы, Кристина Григорьевна, чай с нами попили, замёрзли же, – предложила фельдшер.
– Ладно, я уж потом, не то опоздаем.
Кристина через ночь сторожила колхозные склады, а днём убирала в медпункте. До войны они с мужем в магазине работали. Он торговал, грамотным был, она полы мыла и ему помогала. Считала хорошо, а вот писать не умела. Когда Семёна в сорок втором отправили на фронт, сменила место работы.
Мать заглянула в спаленку, где посапывали младшие детишки. Лёшка совсем большой стал, за сестрой приглядывал, как взрослый. На улицу до прихода матери не выпускал. Тяжело вздохнув от бессонной ночи, пошла хлопотать по хозяйству.
Мария Ивановна достала чайник из печи, вода в нём до утра оставалась тёплой. Наложила каши из чугунка ребятам. Когда Кристина вернулась, дети уже поджидали её. На распухшие ножки с трудом натянули старенькие валенки. Видя, как дочка морщится от боли, подумала: «Надо ичиги сшить, так она долго не выдюжит». Посадила дочку на спину. Ниночка обняла мать за шею и довольная прижалась к ней.
– Бери, Петро, сумку свою и сестры да пойдёмте в школу. Когда вышли на улицу, ветер поднимал над землёй выпавший снег и позёмкой наметал сугробы вдоль заборов. А то, закрутит, закрутит и бросит пригоршню колких снежинок в лицо.
«Хоть бы сил хватило до школы дойти, хоть бы не упасть с дочкой, ветер-то ишь какой », – думала Кристина, медленно шагая по снегу.
Мать никак не могла сообразить, из чего можно сшить ичиги, решение пришло неожиданно. Оторвав длинные рукава от дохи, распорола на лоскуты. Сделав выкройку из старой газеты, стала подбирать кусочки кожи, сшивая их шерстью вовнутрь, чтобы были теплее и мягче. Помогать принялась Варвара. Она как раз домой приехала. Скручивала нитки в три, четыре ряда и проходилась по ним варом, это варёная смола для крепости и, вдёрнув их в иглу, подавала матери. Следушки Кристина вырезала с цельного куска, чтобы шва не было. Попадёт рубец под пятку, натрёт до боли. Получились ичиги удобные и тёплые. « Если бы ходила дочка, так бы в пляс и пустилась на радостях».
Глядя на такую безрукавку–доху, Варя спросила:
– Как же, мама, ты теперь сторожить-то будешь, холодно ведь?
– Чего уж, учиться-то надо. Вот свёкру надо сказать, доху-то он мне отдал. Боялся, что застужусь. Добрый, он ругаться не станет и внуков любит.
Вечером зашёл дед Сидор, внуки окружили его, без гостинцев он не заглядывал. Хоть и худо жилось всем, а всё же чем-нибудь да удивит. Пока раздевался, подарочек на порожек примостил, потом открыл туесок и на стол поставил. Внутри алела мороженая брусника.
– Ты, невестка, заваривай морс ребятам-то, он хоть и кислый, но всё, же полезный. А это следушки на ичиги из потника выкроил, чтобы быстро не проносилась подошва-то.
– Я думала, тятя, ты нас ругать станешь за доху.
– Не за че тебя ругать, ты ради дочки рукава изрезала. К нам сходи, Евдокия придумает, как надставить, да травки кой-какой даст.
На ночь мать грела воду и заваривала свежий саранжиный веник. Отжав воду, быстро оборачивала детские ножки, а сверху укутывала вязаной кофтой. Сидела дочка так, пока веник не остынет и снова процедура повторялась. Больше недели лечили и поили травами. На ночь растирала мазью суставчики, разогревала их. Как-то утром Нина сама спустилась с печки и уверено прошла по кухне.
– Мама! Мама! Смотри, Нинча ходит!
Удивлённый и радостный кричал Петя. У Кристины слёзы на глазах навернулись. Она подхватила дочку на руки:
– Миленькая, родненькая справились, справились.
Мать кружила радостно дочку. Всё-таки удалось поставить на ноги.
Носила Нина ичиги с тёплыми шерстяными носками и ходила в школу так до конца зимы.
Эту историю я услышала от своей мамы и подумала: «Какое же сильное желание было у неё учиться. Не останавливал в войну ни холод, ни голод, ни болезни».
Сейчас ей почти девяносто лет. Она хорошо считает, читает книги и трудится. Часто вспоминает детство и свою малую родину – Зюльзикан.

Посвящается моей бабушке Кузнецовой Кристине Григорьевне и маме Слепнёвой Нине Семёновне.

15:33
+2
Гомункулусу. Это не редакторская правка. Ни один редактор не даст себе труда кому-то что-то объяснять. Просто почикает текст, вместо «скорой» напишет «неотложка», вместо «ветчины» — «окорок», похозяйничает в чужом тексте, представляя себя писателем, ну и так далее. Здесь в моей рубрике «мастер-класс» я провожу скромную литературную учебу для начинающих авторов. На примере гениальных произведений (см. разбор В.Набокова «Возвращение Чорба») показываю, какими художественными средствами достигается образность восприятия текста читателем, проще говоря, пытаюсь показать, КАК ЭТО СДЕЛАНО. На примере работы наших авторов пытаюсь останавливаться на ошибках, погрешностях, поскольку уверена, что подобные разборы пойдут только на пользу. Это даже и не рецензия, а именно учеба. Я тоже когда-то была начинающим автором, и сожалею, что у меня практически не было учителей до той поры, пока я не оказалась в Литинституте на семинаре Владимира Орлова («Альтист Данилов», «Аптекарь»). Но и там, поверьте, никто не уделял нам большого внимания и уж точно не разбирал подробно наши рассказы на семинарах. Тем, кто заглянет сюда, на эту страничку, думаю, будет полезен этот разбор. Возможно, кто-то захочет высказаться или поспорить, но, может, и задать вопросы, порассуждать. Мы здесь для этого.
16:57
+1
Анна, а вот это уже другое дело. Прочитал рассказ медленно, вслушиваясь в его глубинную музыку, и перед глазами неторопливо вспыхивали образы, подобные тем, что спонтанно возникают перед засыпанием. А когда опомнился, понял – рассказ состоялся. Это действительно полноценное художественное произведение. И оно стоит того, чтобы его обсуждать. Сразу скажу, что во время первого чтения – я не заметил ни одной погрешности, на которую указывали Вы. Но я при таком чтении и слов даже не замечал: текст как бы сам по себе вливался через мои глаза мне в душу. То есть, читая его, я как бы спонтанно медитировал.

И потому коль тут ведется разговор о литературной учебе, мне бы захотелось обратить внимание на очень важный (может быть, даже принципиальный) момент в такой учебе. А чему вообще должен учиться писатель? Создавать живую ткань словесного произведения, или мастерски выправлять стилистические погрешности? Поясню на примере: вот есть алмаз (как самородок), а есть бриллиант (мастерски отшлифованный алмаз). Вы, как мне показалось, выступили тут в качестве ювелира (шлифовщика алмаза). Дело это, безусловно, важное и нужное. Но ведь чтобы шлифовать алмаз, нужно, чтобы он уже был. Иначе придется шлифовать пустоту. И нет ничего опаснее для молодого (начинающего) писателя, если он решит, что главное в писательском ремесле – это стилистическое мастерство. А потому, полагаю, что в первую очередь начинающего писателя нужно учить творить «алмазы». А это уже совершенно иного рода учеба. Если в стилистике главным образом задействовано сознание, то в сотворении «алмазов» первую, а может быть и единственную скрипку играет подсознание.

Теперь о другом, тоже очень щекотливом аспекте. О читателе. Если среднестатистическому читателю предложить два варианта обсуждаемого рассказа: один — в виде, представленным автором, другой – выправленный согласно Вашим замечаниям – то он, читатель, не заметит никакой разницы. Но значит ли это, что стилистическая правка не нужна в принципе? Нужна! Еще как нужна! Поскольку, это как раз и есть тот бесконечный путь к совершенству, благодаря которому и становятся Мастерами.

Но на самом начальном этапе, полагаю, все-таки не нужно забывать, что первично — сотворение «алмазов», а их шлифовка – вторична…
17:31
+1
Гомункулусу. До темы стиля я и не добралась. Рановато. И до шлифовки там тоже далеко. Речь шла о довольно-таки грубых ошибках, где по смыслу получалось, что матери героини 90 лет, что непонятно, сколько в семье детей, что нельзя говорить «беззвучно»… «начинающего писателя нужно учить творить «алмазы»
Научиться писательскому мастерству НЕВОЗМОЖНО. Это я об „алмазах“. »… он решит, что главное в писательском ремесле – это стилистическое мастерство" — честно говоря, я и не поняла, о чем вообще идет речь. Ни о каком стилистическом мастерстве и речи не было. Что же касается, говоря Вашим языком, о «сотворении алмазов» — то это уже от Бога… Он, талант, он есть или нет.
Честно говоря, я прочла дважды Ваш комментарий, уважаемый Гомункулус, но так и не уловила ни одной Вашей мысли…
16:28
+1
Спасибо, Анна, за такой подробный разбор. Вы мне указали именно на те места, которые и читателю будут непонятны. У нас до сих пор так говорят, попросилась на квартиру. Бабушка была и санитаркой, и истопником, и очень доброй женщиной. Семьи в деревнях были большие.
В начале зимы, когда ещё лёд тонкий, сверху разливалась вода — наледь. Ребятишки катались по такому льду, промачивали валенки. Не замечали, что ноги мёрзнут. Я обязательно добавлю.
Корова была в семье кормилица. Молока было мало зимой. Нужно было ещё несколько кружков старшей дочке заморозить. Морозили не крУжками, а кружкАми. Наливали в миску с вечернего удоя и выносили в сени на мороз, а утром вытаивали. Так скапливали.
Остальное сдавалось. В Забайкалье коров зерном никогда не кормили и не кормят. У нас степное питательное сено. Снег выпадает поздно и животные долго пасутся в поле. Брынзу не делали, да и сыра даже в праздник не видели.
Хотела бы ещё пояснить, что дохи шили длиннополые и большие в основном для мужчин. В фуфайке всю ночь сторожить очень холодно, страшен не столько мороз, сколько ХИУЗ — пронизывающий ветер.
Хорошо, что попросили пояснить о саранжиных вениках. Саранжа — травянистое растение, которое у местных жителей используется не только для веников, но и как лечебное противовоспалительное средство.
Спасибо, всем за разбор, учту. Пойду исправлять.
Мне кажется, Ольга, что эти пояснения можно вплести в канву вашего рассказа (про кружкИ, про веники и т.д.), так читателю будет интереснее и понятнее, чем, например, обычные ссылки.
17:34
+2
Ольге Зиминой. Отлично! Вы так хорошо все разъяснили! Если бы поместили все это в рассказ, цены бы ему не было, честное слово!
17:31
Анна, ради Бога извините меня за мою не тактичность по отношению к Вам.
18:54
+1
Добрый день, друзья! Такие занятия, безусловно, интересны и полезны. И автору подсказки, над чем нужно работать, и читателям. Разъяснения Ваши, Ольга, добавили понимания в содержание рассказа. «Уросит» — опечатка или диалектное слово, которое тоже нужно объяснить (может быть, в сноске)?.. У меня тоже вопрос к выражению: «Если до конца зимы НЕ ОЗДОРОВИТ...» в значении «не выздоровеет». Чем вызвано такое употребление? Заставило задуматься предложение: «Думы, как накормить детей, как вылечить больную дочку, всё навалилось на одни женские плечи.» О «думах» речь была. А всё предложение требует правки: «думы», «всё» навалилось… Хотя бы после «дочку» точку или многоточие. И новое предложение: «Все заботы навалились на одни женские плечи». То место, где без перехода идут мысли об ичигах можно было бы понять, если бы после слов " по снегу" поставить многоточие. Тогда читатель может подумать, что пропущены эпизоды в школе, возвращение домой. Употребление диалектизмов оправдано в речи персонажей (прямую речь и диалог желательно привести в соответствие с правилами), а в авторской речи должна быть литературная речь. Так ведь, Анна? «Вырезала с цельного куска… — из… куска». А дедушка правильно говорит:" А это следушки на ичиги из потника выкроил, чтобы быстро не проносилась подошва-то". На мой взгляд, в повествовании не хватает вступительной части, образы героев хотя бы в нескольких словах охарактеризовать. Это скорее эпизод в рассказе. Так мне представляется.
Мои самые добрые пожелания автору. Все мы учимся. А желание учиться и творческий потенциал у Вас есть, Ольга. Творите и радуйте читателей новыми произведениями.
04:20
+1
Спасибо, Надежда! Слова уросит, оздоровит-это местный диалект. Петя в семье за старшего мужчину стал, поэтому говорит словами взрослых. Если плачет девочка, говорят уросит. Если мальчик, тогда не уроси, как девка. Суровый климат-суровое воспитание. Замечания правильны, учту.
21:29
+2
Рассказ хороший, колоритный, живой. Есть недочёты, но их легко исправить. Согласна почти со всеми комментариями Анны Даниловой, но некоторые оспорю. Расскажу по прядку, какие моменты меня зацепили, а там уж дело автора, к чему прислушаться.
Широкая лежанка на печи была спасительницей. После катанья братья Алёшка и Петька залазили (залЕзАли! Глагола «залазить» нет) на прогретую печку и засыпали. (залЕзАли! Глагола «залазить» нет). И почему «катанЬе»? Мне кажется, что лучше написать «катанИе».

Попросилась к Кристине Григорьевне на квартиру.
Меня не напрягло выражение «на квартиру». Так всегда говорили и говорят. Раньше в деревнях брали жильцов, не обращая внимания на тесноту и количество детей, потому что хаты состояли из одной комнаты, в лучшем случае делились на два помещения перегородкой. Люди сдавали угол для пополнения семейного бюджета на пару-тройку рублей, либо рассчитывали на провиант, который предоставлял семье квартирант. Съёмщик не имел особого выбора, шёл жить в тот дом, где согласны были его принять. И не важно, что детей пятеро. Главное, чтобы люди попались доброжелательные, приятные в общении. А в данном случае хозяйка рассчитывала ещё и на медицинскую помощь дочке. Да и на присмотр за детишками, пока он сторожит. Так что у автора всё нормально написано, я считаю.

Слёзы так и хлынули из глаз ребёнка. Чувство безысходности от того, что нет возможности помочь ребёнку, расстраивало фельдшера.

Два раза «ребёнок» в соседних предложениях. Второе предложение можно вообще убрать. И так понятно, что нормальный человек, в данном случае фельдшер, переживает за девочку. Тем более, далее по тексту женщина обнимает Ниночку.
–Не плачь, Нина,– она подошла и обняла девочку, понимая, что ни сегодня и ни завтра в школу она не пойдёт. В медпункте нет нужных лекарств.
– Одевайся, Петя, не то опоздаешь, – напомнила она мальчику.


В предыдущем предложении «девочку». Сейчас «мальчику». Не могу объяснить, но это придаёт тексту неуклюжесть.
Читатель уже знает, кто такой Петя. В прямой речи есть обращение к нему. Тогда зачем уточнять, что она обратилась к мальчику? Достаточно написать так:
— Одевайся, Петя, не то опоздаешь, — напомнила она.
В фуфайке она была маленькая и худенькая, скорее выглядела подростком, а не матерью пятерых детей. Думы, как накормить детей, как вылечить больную дочку, всё навалилось на одни женские плечи.
Такое ощущение, что женщина вошла в дом и вдруг на неё нахлынули думы. Представляется такая картинка: она зашла, разделась и глубоко задумалась. Органичней было бы написать: «В фуфайке она была маленькая и худенькая, скорее выглядела подростком, а не матерью пятерых детей. Но на эти хрупкие женские плечи свалились все заботы: как накормить детей, как вылечить больную дочку».
И ещё я бы написала «чем» накормить детей, на не «как». Как поесть они сами догадаются, а вот что поесть, это уже проблема.
Свою-то обувь отдала старшей дочери Варваре. Она училась в городе Нерчинске на бухгалтера.

Проще соединить эти предложении я в одно сложное: «Свою-то обувь отдала старшей дочери Варваре, которая училась в городе Нерчинске на бухгалтера.

На выходные дни приезжала домой за картошкой и морожеными кружками молока.

Очень хочется верить, что старшенькая приезжала домой не только за провизией, поэтому стоит добавить каких-то сведений про неё. Допустим, что она приезжала каждый выходной, потому что скучала по семье, и по приезду старалась помочь матери по хозяйству.
Занятный момент: не все читатели понимают, что такое кружки мороженого молока. Тут ведь имеются в виду не крУжки, а кружкИ. Я правильно понимаю? КружкИ молока – это молоко, замороженное в какой-либо таре, например, в миске. Затем оно оттуда вынимается и хранится на морозе. Думаю, надо в тексте поставить ударение в слове. А ещё лучше между делом описать процесс заготовки таких кружков.

–Да, Нинка уросит, в школу хочет идти.

Отдельное спасибо автору за слово «уросит» (ударение на первый слог – Уросить). Я уже забыла, что такое слово существует, а моя бабушка часто его употребляла. Уросить – это хныкать, капризничать, протестуя, настаивая на своём. Употребляется по отношению к маленьким ребятишкам. Для таких слов надо сделать сноски под текстом с пояснениями.
–Я когда домой шла, Любовь Николаевну встретила, ихнюю учительницу, так она про здоровье спрашивала. Но какое тут здоровье, раз не ходит. Как простудилась, так и болеет, выучить хотела башковитая она вся в отца.

После слова «хотела», может быть, поставить тире? Типа, мать поясняет, почему она хотела бы выучить дочку. А после слов «башковитая она» запятая просится.
Мать заглянула в спаленку, где посапывали младшие детишки.

Согласна с Анной, что здесь надо рассказать про младших. Как звали, сколько лет.
Лёшка совсем большой стал, за сестрой приглядывал, как взрослый

За какой сестрой? Я пока только с Ниной знакома. Но она же школьница уже, в присмотре не нуждается. Значит, есть ещё сестрёнка.
Мария Ивановна достала чайник из печи, вода в нём до утра оставалась тёплой. Наложила каши из чугунка ребятам.

Думаю, что каша на молоке (это я Анне Даниловой подсказываю)))))
«Хоть бы сил хватило до школы дойти, хоть бы не упасть с дочкой, ветер-то ишь какой », – думала Кристина, медленно шагая по снегу.
Мать никак не могла сообразить, из чего можно сшить ичиги, решение пришло неожиданно.

Тут очень резкий переход к ичигам. Можно продолжить первое предложение: «подумала Кристина, а в голове крутились мысли… и так далее.
Оторвав длинные рукава от дохи, распорола на лоскуты.

От натуральной дохи невозможно оторвать рукава, потому что это не ткань, состоящая из отдельных ниток. Раньше шубы сшивали очень прочными вощёными нитками. Рванув рукав, можно шкурку повредить, а по шву вряд ли оторвётся. Скорей всего она их отпорола или отрезала.

В принципе, рассказ тронул за душу. Хорошо передана деревенская речь. Герои прорисованы небольшими штрихами, но я их вижу. Текст лаконичный, без лишней воды.
Надо лишь над знаками препинания поработать, да кое-где поярче сцены описать. Ольга Зимина — талантливый автор.
05:11
+1
Спасибо, Ольга! Такой разбор многому учит. Наверное, мне опыта не хватает, а где-то и глаз замыливается, если не вижу очевидного. Думаю, что моя бы тётя обиделась за то, что осталась без имени. Бабушки давно нет, а вот маме исполняется в конце января 90 лет. Ещё раз всем спасибо!
Здоровья Вашей маме, Оля! А Вам дальнейших творческих успехов!
Комментарий удален
Толковый словарь Даля
ЗАЛАЗИТЬ ( от лазить + приставка — за -)

Толкование

ЗАЛАЗИТЬ, стать лазить. -ся, лазить слишком много и долго.
| Залазить( южн.) или залезать, залезть куда, за что, влезать, забираться…

А в предложении: Как простудилась, так и болеет, выучить хотела, башковитая она, вся в отца.

Здесь уточнение, поэтому выделяется запятыми.

И глагол ЗАЛАЗАТЬ есть ( от лазать + приставка — за -)

ед. ч. мн. ч.
1 лицо зала́заю зала́заем
2 лицо зала́заешь зала́заете
3 лицо зала́зает зала́зают

В тексте О. ЗИМИНОЙ ( ОБЛАСТНОЕ, МЕСТНОЕ употребление слова, автор имеет право так говорить).
10:56
+1
В тексте О. Зиминой это слово употребляется от автора, значит, просторечный неправильный вариант исключён. Вот если бы его произносил герой произведения, то вопроса бы не возникло.
06:13
+1
Спасибо, Ольга! Столько нового узнала о слове (залезали), что и сама забыла, как написала. Согласна, что автору надо писать правильно. Словари Даля и Ожегова у меня есть и я часто интересуюсь написанием слов, поэтому и не увидела в глаголе (залазили) ошибки. Мне иногда становится не по себе, когда внуки говорят настолько современным языком, что боюсь забудут наш великий и могучий… Поскольку я учитель изобразительного искусства, то мне следует быть более внимательной, но хочется сохранить забайкальский колорит. Моя родная деревушка настолько мала, что может исчезнуть в любое время, не останется тех, кто говорит дорогим сердцу языком. Конечно в живописи мне проще, только бросить писать, не могу. Выход — учиться!
Оля, мы иногда выпускаем совместные сборники различной тематики. Можем рассчитывать на Ваши картины для обложек? Например, для пейзажного сборника или сезонного.
А вообще-то я поражена Вашей живописью. Хотелось бы себе на стену такой зимний лес, чтобы глаза отдыхали.
15:33
Конечно, берите авторские, если понравятся. Есть выполненные на мас/к. как свободные копии. Это моя. В июне авторская выставка. Страничка моя в «Одноклассниках». Много фотографий, картин. Заходите в гости! Многие отмечают, что картины лечат. Тогда мой дом — санаторий. Пастель.
Пошла я в одноклассники! ))))
Я сталкивалась с этими глаголами, и не раз. Эти глаголы свободно употребляют в своей речи, как авторы, так и герои. Словарь Даля.
С этими глаголами все сталкивались. Однако, современный литературный язык выбирает глагол «залезать». Другая форма является просторечной.
См. в других словарях
1.лазить лажу, -ишь и ЛАЗАТЬ, лазаю, несов То же, что лезть (в 1 и 3 знач ), но обозначает действие, совершающееся не за один прием или не в одном направлении Л через забор | сущ лазанье, -я, ср… Русский толковый словарь В.В.Лопатина
2.лазить несов. неперех. (а также лазать) 1) Карабкаясь, цепляясь, передвигаться по чему-л., взбираться куда-л. (неоднократно, в разное время и в разных направлениях). 2) а) Забираться куда-л., проникать внутрь чего-л. (неоднократно, в разное время и в разных направлениях). б) Передвигаться ползком, согнувшись. в) Тайком проникать, пробираться куда-л. (обычно с целью воровства). 3) разг. Неоднократно забираться рукой во что-л. закрытое, застегнутое, запертое.… Толковый словарь Т.Ф.Ефремовой
3.лазить, лажу, лазишь (лазию, лазиешь простореч.), несов. (ср. лазать). Те же знач., что у глаг. лезть (см. лезть в 1, 2, 3 и 4 знач.), с той разницей, что лезть означает движение в один прием и в одном направлении, а лазить — движение, повторяющееся и совершающееся в разное время, в разных направлениях. Два раза лазил на Везувий. Батюшков. Я лазил на высокую башню. Жуковский. Полно ему лазить на голубятни. Пушкин. Лазили на площадку… башни. Лермонтов. Вместе по заборам лазили. Гоголь. Илья всюду лазил. Максим Горький. — Кто вы такой? сказала она строго: и зачем лазите по чужим заборам? — Кто я такой — до того вам нужды нет. А зачем лазаю по заборам — я уж вам сказал: за яблоками. Гончаров. В петлю из-за нее лазают. Леонов. Прицепляться к автомобилям и извозчикам, лазать на все башни и колокольни. А. Н. Толстой. На чердак каждый день лазию-с. Достоевский.… Толковый словарь Д.Н.Ушакова
4.лазить лажу, лазишь, пове 1 нет прич man лазщий, песов То же, что лезть (в I 2 и 3 зиач ) С той разницей, что лазить обозначает действие, повторющеесЯ, совершающеесЯ в различных направлених или в разное врем [Илюша] взбегал на галерею, ••• лазил на голубтню И Гончаров, Обломов [7>лш] полез на стену Он мастер был лазить но сегодн трудно было взбиратьс Гарин Михайловский Детство Темы [С мазчик] лазил под вагонами и стучал молотком по колесам Чехов, Холодна кровь Обычно, когда глушили рыбу на обед, никто не хотел лазать за нею в холодную воду Фадеев, Разгром…

Словарь Ожегова ( мой любимый!)
ЛАЗИТЬ, лажу, лазишь и (разг.) ЛА-ЗАТЬ, -аю, -аешь; несов. То же, что лезть (в 1,2 и 3 знач., но обозначает действие, совершающееся не в одно время, не за один. прием или не в одном направлении). Л. на деревья. Л. в чужой сад. Л. по карманам. Лазящие растения (вьющиеся, ползучие; спец.). || сов. слазить, слажу, слазишь и (разг.) слазать, -аю, -аешь. || сущ. лазанье, -я, ср. || прил. лазательный, -ая, -ое (спец.).
При чём здесь глагол «лазить»?
Дорогие Ольги! Давайте предоставим право вашей третьей тёзке — автору рассказа — в данном случае самой решить, какую версию глагола употребить — просторечную или литературную. Возможно, стоит учесть, что в современном языке (как литературном, так и разговорном) рекомендуется избегать употребления такой формы глагола как «залазить» и всех его производных.
Давайте! 22 (13)
16:50
+1
Лена, загадывай два желания — между тремя Ольгами! laugh
Тогда рецензенту следует знать, что при анализе произведения надо делать замечания вежливо. Например, вместо лазать или лазить, лучше бы употребить глагол залезать. А то… таких глаголов нет! Они есть! Другое дело, что с пометочкой.
15:12
Спасибо, Елена! Всё учла и исправила, теперь отправлю.
Комментарий удален
Комментарий удален
Комментарий удален
Комментарий удален
Комментарий удален
Комментарий удален
15:32
+3
Всем доброго дня! Перечитала сегодня рассказ и все пояснения, замечания, комментарии. Согласна, что повествование только выиграло бы, если бы пояснения были в тексте.Ольга молодец, что так по-доброму воспринимает все замечания, ведь это же подтверждает желание помочь.
Я считаю, что хорошо, что замечания сразу делались по тексту, а не отдельно, после него, иначе пришлось бы возвращаться, искать в тексте место.
Как приятно, что мы постоянно чему-то учимся! Всем дальнейших успехов!
А где объявленное стихотворение для разбора?
среду, 13 января, ждём всех на Мастер-классе по прозе от Аны Даниловой, где вниманию рецензентов будут представлены рассказ и стихи нашего нового автора
Надежда, так как Анна — прозаик, то в своём мастер-классе она ограничилась разбором рассказа. Думаю, стихотворение Ольги, которое она присовокупила к рассказу, будет логичнее обсудить в Школе поэтического мастерства.
С интересом следила за разбором рассказа начинающего автора, потому что сама отношусь к этой категории пишущих. Понравилась доброжелательная обстановка в клубе, обстоятельный, конкретный разбор ошибок в тексте профессионалами. Большое спасибо за урок, так необходимый и мне. Желаю всем творческих успехов.