Ротозейство (Как мы жили в Советском Союзе)

Ротозейство

Во времена советские теперь почти былинные «при наличии отсутствия» частной собственности на средства производства и запрете побочного заработка страна – активно бездельничала. Будучи достойными гражданами страны, он с дочкой выходил из дома ротозейничать, то есть без цели бродить по улицам в поисках приключений. Этот вид неприкаянности предусматривал посещение объектов торговли, заглядывание в подворотни и просто созерцание происходящего и проходящего.

Увидев идущего по улице длиннющего парня жующего под облаками пирожок с капустой, купленной у тетки с гигантской кастрюлей, он говорил: «Смотри, какая фигура». Надо попросить «жердяя» посмотреть, не обедают ли наши на втором этаже» и отворачивались, смеясь чтоб не смущать приближающегося Гулливера.

Увидев полную даму с самодостоинством на лице катившей на велосипеде по тротуару и боявшуюся расплескать внутреннее содержание - замирали с открытыми ртами, ощущая какое-то несоответствие в природе крутящихся педалей и поняв, бросились за ней, крича на всю улицу: «Мадам не мало ли вам седло?». Однако вскоре останавливались, убедившись в преимуществе механического передвижения вызванного интенсивным подбрасыванием голых коленок.

Увидев вытекающий из арки веселый ручеек он восклицал: «Господи опять трубу прорвало» и они спешили на место аварии, где обнаруживали всесоюзную театральную достопримечательность — седовласую со следами былой красоты в платье до пят старуху в позе Ермоловой с картины Серова.

— Мадам, - кланялся он, — под вами открылась течь.
Поглощенная завершением процесса, буркнув под нос «пардон», она выходила, пошатываясь на Проспект.

— Пап! А что она делала в нашей арке?

— Писала, — показывал он на лужу, — она забыла свой горшок. У

тебя был свой горшок?

— Он и сейчас, у бабушки под кроватью.

- Все люди в коммунистической столице должны ходить с

горшками, так как общественных уборных в Москве не строят.

Сообразив, что ее дурят, она весело спешила задавать вопросы,

желая поставить отца в тупик.

- А как же в него ходить при всех то?
— А вон смотри, будки установлены вдоль улицы там и ходят.

Зайди и носом поймешь.

-Там же телефоны?

— Верно. Можно позвонить если что не так пошло, — улыбался он

вариантам.

— А когда сходишь на горшок, куда потом выливать то? — хохотала

она.

— В урны. Видишь по улице расставлены. Все сделано для

советского человека, — уже смеялись они оба.

Сосед психотерапевт объяснял на кухне отсутствие туалетов в

Москве целенаправленной политикой коммунистической партии –

сделать москвичей и гостей столицы лишний раз счастливыми.

Мозг, - говорил он, - фиксирует как счастье момент преодоления несчастья и, когда, поколотившись по городу с переполненным мочевым пузырем, гражданин вдруг облегчит его - бедолага подкоркой осознает, что наконец-то он свободен и счастлив.

— Нет, - заявлял бывший политзаключенный, — общественные туалеты власть не строит, дабы лишить рассерженных людей возможности собираться в одном месте. Вдруг, какую антисоветчину прямая кишка озвучит?

Ротозейничая, они посещали «Продмаг» где подходили к скучающей в углу «мороженице» торговавшей так же газированной водой: — чистой за копейку и подкрашенной сиропом из стеклянной колбы за три.

Рассматривая витрину холодильника, возбуждались многообразием гениального изобретения Деда Мороза.

— Да,- говорил он, - крем — брюле потрясающее мороженое но

дорогое.

— Пломбир лучше, - отвечала дочь.

— Но тоже не по карману как ванильное и ленинградское, -

добавлял скороговоркой папаша.

- Можно купить фруктовое за семь копеек, — чесал он репу, — но уж

больно оно простенькое.

Продавщица прислушивалась к разговору потенциальных

покупателей.

— Смотри пирожное – мороженое, — показывала в угол витрины

дочь, где разместились с замершим кремом торты.

- В ту сторону и не смотри! Мне и так на пиво не хватает.

Продавщица смотрела уже с подозрением.

Видя, что они овладели ее вниманием, отец продолжал: «Если уговорить эту милую женщину заморозить нам стакан газированной воды без сиропа за одну копейку и продать нам эту ледышку за две то думаю, меня оттянет «после вчерашнего» и нам двоим, хватит слюнявить ее до самой пивной. 

— Только попроси, - еле сдерживая смех, говорила дочь — что бы

было на палочке.

— А как же! Нам фуфла не надо. И чтобы сверху непременно

мелко покрошенная селедочка с укропом, - формулировал он заказ,

разворачиваясь к продавщице.

- Ишь, что надумал алконафт? – выдавила она, с презрением

разглядывая перед собой небритую рожу. - Не можешь поступиться своим пивом и купить ребенку нормального мороженого, пропойца?

- Вы правы уважаемая, правы, - отвечал он, подавая деньги, -

будьте любезны три сахарных рожка с шоколадной крошкой. Два

нам, третье вам за гражданскую позицию в вопросе пьянства, -

улыбались они ей.

— О господи, — махнула она рукой смутившись, — а я черти что

подумала.

Выходили на улицу, с нетерпением разворачивая обертку от

Мороженого, предвкушая познать настоящее счастье.