Сон в русскую зимнюю ночь

Я  брёл по пляжу средь магнолий,

Бананы ел, кокосы грыз.

Без хлеба ел всё и без соли,

Смотрел на пальмы, чаек, бриз.

Плескались волны без умолку,

Качался на волнах баркас,

И тут увидел я креолку,

Смуглянку, если без прикрас,

Девчонку в розовой футболке

Расхожей фирмы "адидас".

— Да ты красивая чувиха, -

Сказал я без обиняков. -

Садись в баркас мой. Только тихо!

И мы махнём ловить мальков.

Смуглянка русского не знала,

Была она не из Уфы,

Она язык мне показала

Своей тропической страны.

Но, закалённый в передрягах

На пажитях родных широт,

Я пригубил с "московской" флягу

И ей сказал: — Хлебни ка, вот!..

Хлебнула девица немало.

И закосела… Ну в косень!..

Я ж на газетке резал сало,

Панаму сдвинув набекрень.

Ах, эти тропики… Колибри...

Романтики невпроворот

И месяц крупного калибра

Заполз на тёмный небосвод.

Да. Ночь тут наступает быстро.

Цикады, птицы… дикий ор!

Я бы достал ещё канистру

"Московской". Но открыл "кагор".

Мы на пеньке всё разложили

Иль баобаба иль сосны

И началось тут "тили-тили"

И междометия весны.

На брудешафт. Без экивоков.

За дружбу. За любовь. За май.

За "миру — мир" без всяких сроков.

За пальмы, звёзды, южный рай.

Потом упала моя тайка

Лицом в атолл, в дугу пьяна,

И я скажу вам без утайки

Была прекрасною она.

Таити — райское местечко,

Дороговато только тут,

Здесь круглый год живут без печки

И пальмы здОрово цветут.

Я повидал Мараз вживую,

С утёса крепкого нырял

И, словно женщину чужую,

Там пальму пьяно обнимал.

.