Божественные басни Посохова

Божественные басни Посохова


Москва

2026

Название сборника – это, конечно же, не характеристика самих басен, а указание на их содержание. Это такие басни, в которых есть духовно-нравственный подтекст. В них через иносказание или прямо затрагиваются темы, близкие к религиозной морали. Персонажами в них являются и мифологические боги, и простые люди, и разные животные, и даже абстрактные существа.


Ад и Рай

Как жить тебе, сам выбирай.

Но, если что не так потом,

То на себя пеняй.

----------

Проходит мимо Ада Рай:

Тьма грешников кругом,

И черти их к вратам сгоняют,

Передних пропихнут,

Другие сзади напирают.

– Всё, не могу – пожаловался Ад. –

В одном котле толпой горят.

Смола кончается, чертей нехватка.

Ну никакого на Земле порядка.

Такое впечатление, что там

Совсем безгрешных не осталось,

Ко мне всех шлют,

А у тебя почти пустой приют.

Так прояви к соседу жалость.

Давай мы их поделим пополам.

– Давай, –

Ответил добродушный Рай.

И поделили.

Но подойти к чужим вратам

Никто из грешников не смог:

Дорогу ангелы им перекрыли,

И с ними Бог.

* * *

Бог не помог

Деваться некуда уже,

Решил Иван, и обратился к Богу:

– Мне тридцать лет,

А денег нет,

И дома нет.

Свернув на старую дорогу,

Народ остался в неглиже,

Пошёл назад и подошёл к итогу:

Теперь у нас опять

Князья,

Графья,

Маркизы

И их служивые подлизы,

Дворяне новые, ни дать ни взять.

Короче, Боже, умоляю,

Жени меня на дочери министра.

– Не могу!

– А почему?

– Вопрос, Ванюша, непростой,

Я ж вас по титулам не различаю.

Мне что дворянка,

Что крестьянка,

Была бы женщина святой,

С душою чистой!

* * *

Богоявление

Давным-давно один ваятель

Старинный Бахуса приятель

Чего-то вылепил, как смог,

И всем сказал, что это бог.

Но видно было, что не тот

У образа сего живот,
И зад не тот, и рот,

И голова наоборот,

Не бог, короче, а урод.

Но восприимчивый народ

И на такого стал молиться,

К перстам холодным так и льнёт.

И вдруг сам Бог сошёл на Землю,

И что он видит – люди внемлют

Какой-то пьяной небылице.

Его ж никто не узнаёт,

Ни по лицу, ни по одежде.

И прежде,

Чем он представиться хотел,

В него булыжник полетел.

Прижавши нимб, задравши тогу,

Бежать пришлось живому Богу…

* * *

Хоть замолись!

Боясь, волнуясь и молясь,

Явились представители ООН

К Отцу небесному

И жалуются:

– Нет мира на Земле, народы маются,

Надежда вся на вас.

– Сия проблема есть, любезные,

Я знаю, –

Согласился Он. –

Война – это болезнь, беда, кручина,

И для землян она, увы,

Почти неизлечима.

Коль по прошествии веков

С тьмой тьмущей светлых слов

О боге, о душе

Они тем временем уже

В порядке самоэвтаназии

Убить себя готовы при оказии.

Пособники им в этом деле не нужны.

– А Вы?

– А я к спасению не принуждаю.

Я лишь дарую всем свободу жить

По заповедям божьим.

Вернулись представители домой

В Нью-Йоркскую локацию

И приняли такую Декларацию:

«Пока мы обеспечить на Земле покой

Своими силами не сможем,

Никто не сохранит нам жизнь,

Хоть замолись!»

* * *

Сон

Приснился как-то Ваньке сон,

Что будто ночью на балкон

К нему вскарабкалась старуха.

Иван, конечно, оробел

И даже свет зажечь хотел,

Но не успел –

Старуха рядом уж стояла.

Стянув с Ивана одеяло,

Она шепнула прямо в ухо:

– Должна я страшный суд свершить –

Тебя в постели задушить.

– За что? – пролепетал Ванюша.

– За то, что опоганил душу

И до сих пор не окрестился.

Такой вот сон Ваньку приснился.

Вскочил он утром и пустился,

Как обезумевший в церквушку.

А ночью вновь пришла старушка:

– Теперь обязанность твоя –

Молиться, глядя на меня,

Всю ночь без устали и лени.

Вставай и падай на колени.

А то возьму и задушу…

----------

Давать советы не спешу,

Не смею.

Но есть один – почти клише:

Не вешай крест себе на шею,

Коль пусто где-то там в душе.

* * *

Сердитый Ангел

Не подлежит то обсуждению,

Что Бог решил чего.

Вот так и появился зам его

По деторождению.

Теперь, чтобы родить,

Согласие необходимо получить

У ангела с сердитым ликом.

Стоят влюблённые пред ним,

Молодожёны.

И спрашивает он, поправив нимб:

– Так, субчики, ответьте,

Зачем вам дети?

– Не знаем.

– О, господи, пижоны! –

Зашёлся ангел криком. –

Одна морока с этими людьми!

Вы же не абы кто,

А хомо сапиенсы, чёрт возьми!

Детишек нарожаете и что?

– Не знаем.

– Любить их будете?

– Не знаем.

– Беречь их будете?

– Не знаем.

– А в детский дом их не сдадите?

– Не знаем.

– Очень жаль!

Согласие я вам

Не дам.

И уходите!

----------

Мораль:

Когда инстинктам потакаем,

Подумать надо бы о том,

Как поведём себя потом.

* * *

Поп и мужик

Один мужик пришёл к попу

С обидой на своих любимых:

– Я выстроил для них избу,

Не бил их,

И всё равно я ирод и сатрап.

Ну не пойму я этих баб.

Любить-то я, конечно, их люблю,

Но лень в делах не потерплю.

– А ведомо ль тебе, раб божий,

Что значит ближнего любить?

– А то и значит, что не бить.

– Ну ты и скажешь тоже.

Любить – не значит принуждать,

Любимым надо волю дать,

Оставить их в покое.

Вот что это такое.

Уразумел?..

До осени Мужик терпел.

Потом взял плеть и так огрел

Трёх дочерей, жену и тёщу,

Что снова те бельё полощут,

Носочки вяжут, кружева

И складывают в печь дрова.

----------

Мораль сей басни такова:

Правдивы о любви слова,

Но в жизни чаще плеть права.

* * *

Душа и Закон

Заспорили Душа с Законом,

Кто ж всё-таки главнее для людей?

Душа звенела колокольным звоном,

Закон кивал на право и судей.

Не сговорились

И за решением к Всевышнему явились.

Послушал их Творец и говорит:

– Вот было б так, что всё цветёт, а не горит,

То главною была бы ты, родная.

Но на Земле одна война, потом другая.

Поэтому там главным должен быть Закон,

И не иначе.

Когда духовного единства в мире нет,

Душа почти что ничего не значит.

----------

И я хочу сказать, хоть я не Он,

Примерно то же:

С враждой людской весь божий свет

Совсем не божий.

* * *

Господин и Товарищ

На тропке у реки

Сошлись Кабан и Волк,

И у того клыки

И у того.

Но вепрь матёрый здоровее

И сильнее.

– Посторонись, болван! –

Воскликнул Волк. – Я господин!

– А я товарищ! – возразил Кабан. –

Господь один!

И выпихнул, как хлам,

Присвоившего себе имя божье

К бездорожью.

----------

Ни тога не подходит нам,

Ни плащ без петель,

Мы все равны на этом свете,

Ещё грешны и смертны тоже.

* * *

Поэт и Аполлон

Сошёл однажды Аполлон на Землю

С инспекцией насчёт искусств.

Присел на лавочку, а сзади куст

Дурмана и росточек хмеля.

Обмяк и задремал немного бог,

Сказался аромат пьянящий.

И вдруг поэт, как будто настоящий,

Пристроился, подобно кораблю,

И тоже малость во хмелю.

А дальше краткий диалог.

Поэт:

«Я вас и творчество люблю.

Но не могу никак понять,

Свободный я поэт иль узник,

И что мне на Парнас с собою взять,

Кляп здоровенный иль подгузник?»

Аполлон:

«Купи себе тетрадь,

Засунь её в карман толстовки

И отправляйся в лес статьи писать

Про лесозаготовки».

Поэт:

«При чём здесь это!

Я ж не прозаик, а поэт».

Аполлон:

«Писать стихи не значит быть поэтом.

Невольник ты, коль воли нет

Дарить богам душевный свет,

Не думая про страхи и конфузы.

Уж лучше расскажи, как валят лес.

А на Парнас не лезь,

Там я и Музы».

* * *

Кукушка, Бог и Дьявол

Гуляют Бог и Дьявол по опушке,

А рядом счёт годам ведёт кукушка.

– Я ж говорю, безгрешных нет,

Она вот подшвырнёт яичко и привет.

А про грехи и плутни человечьи

Так даже спорить тут с тобою не о чем.

– Конечно, если искушать людей, как ты,

Гордыней, похотью и эгоизмом,

То не дождаться им счастливой жизни.

– Не в этом дело, дорогой.

Всё сущее противоречит воле Божьей.

Сама исконная Земля и та

Грешит вулканами,

И небеса грешат, являя буйный нрав.

– Нет, Дьявол, ты не прав.

Не может грешной быть такая красота:

Вот эти лютики с тюльпанами,

И этот василёк, и зверобой,

И колокольчики, на купола похожие,

И клевер, и подсолнух, и лопух,

И мать-и-мачеха с иваном-чаем,

И одуванчик этот вот.

Жизнь на Земле – награда!

Но вдруг кукушка замолчала,

И Дьявол улетучился, как дух.

----------

Мораль:

Безгрешным может быть лишь тот,

Кому грешить не надо

И жизни без греха не жаль.

* * *

Жизнь на Марсе

Решил вдруг Бог,

Что на Земле мир плох,

Организован он безбожно,

И всё возможно.

А, значит, надо бы послать

На Марс всех понемногу.

Нельзя ж, ей-богу,

Без жизни космос оставлять.

Прошло столетие.

И как же попаданцы там живут?

А также, как на этом свете:

Завидуют, воруют, врут ,

Не любят, ленятся, дерутся.

Бог видит всё

И в замешательстве гадает,

Аж нимб не так сияет:

Ослёнку дарит жизнь осёл,

Козлёнку, стало быть, козёл,

Откуда ж нелюди берутся!

* * *

Аким и Иконка

Мужик один Аким

Вообразил себя святым.

А чем ещё другим то объяснить,

Что не желает он работать?

Все трудятся, ему же неохота.

«Сейчас вот для порядку

Елея подолью в лампадку,

Фитиль поправлю, помолюсь,

На образ в рамке посмотрю

И Боженьку уговорю

Авторитетно подтвердить,

Что я не абы там какой,

А новоявленный святой».

И молвила вдруг из угла Иконка:

«Ну ты, Аким, ведь не мальчонка

И должен знать, что леность – это грех,

Что, кто не трудится, тот отошёл от веры,

Что бедность от безделья вызывает смех

И сумасбродные химеры.

И больше на меня смотреть

Не сметь!

Таким досужим взглядам я не рада,

Без лоботрясов обойдусь».

----------

Не с мерцающей лампадой,

Как по Млечному Пути,

А земным путём нам надо

К вечным истинам идти.


* * *

Венчание

Пора признаться, наконец,

Что тот же самый наш Творец

Склоняет нас, пока мы живы,

Душить прекрасные порывы.

----------

Повёл я Музу под венец,

Всё честь по чести, чин по чину,

Но Бог и тут нашёл причину.

– Ты, – говорит, – ещё юнец,

Чтоб сочетаться с нею браком.

Пройдёт ещё лет двести с гаком,

В эпоху ту и приходи.

Но только фрак приобрети,

Ещё цилиндр, трость и блузу,

И бакенбарды отрасти,

А то какой-то ты кургузый.

– И что же, Боже, лишь тогда

Взойдёт она,

Звезда пленительного счастья?

– Да.

– А где напишут про меня?

– Так на обломках ж самовластья.

– Ну это, значит, никогда! –

Воскликнул я

И бросил Музу,

* * *

Диалог

Идёт Христос к Москве.

Навстречу Вася, псих

Юродивый.

– Скажи-ка мне,

А чьи хоромы тут,

Царей иль фараонов?

– Да не хоромы это, а пародии

На благородие.

– И всё же, кто владельцы сих?

– Властители без тронов,

Артисты,

Футболисты.

– А те, другие, где живут,

Кто кормит их и защищает?

– А бог их знает!

* * *

Тут и там

Весна.

На кладбище стою

И вниз смотрю:

Могилы, имена,

Чужие судьбы.

Ещё чуть-чуть бы,

И сам улёгся б на

Одно местечко

Среди цветущих верб.

Но глянул вверх,

А там овечки –

Облаков причуда

И благодатный свет.

Пойду-ка я отсюда,

Меня тут нет.

----------

Сии словечки

Прими, читатель,

За совет,

Или за честь,

Или за тост:

Не приходи зря

На погост

Оттуда,

Где ты там есть,

Здоровый и живой,

Тем более весной.

* * *

Ум и Слово

Ну, это знаю даже я:

По книге Бытия

Иаков взял да и родил Иуду.

Какого именно, я уточнять не буду,

Поскольку басенка сия

И без того заумная.

Она о том, как Ум родил когда-то Слово,

Которое всегда было готово

Служить великому отцу.

Но наступило время цифровое,

И превосходство Слова подошло к концу.

Ещё и предпочтение глупцу

И сквернословие такое,

Что Ум стал чахнуть, как сума

У путника в пустыне.

----------

Как ни крути, но ныне:

Чтоб не остаться всем нам без ума,

Придётся снова

Признать святыми Ум и Слово.

* * *

Посланец неба

Сидит мужик зимой

У тёмной лунки в святки,

А, может быть, в колядки,

Ни карася, ни пескаря,

Ни верхоглядки.

И обращается он к небесам

С мольбой нелепой:

«Ну подсобите ж мне, кто там».

И бац – пред ним Посланец неба

С лохматой бородой,

На вид не из святых элит,

И говорит:

– Есть рыба, нет её – какая разница,

Жизнь коротка, судьба – проказница.

Не суетись и не печалься зря,

Миг только – жизнь твоя,

И счастлив будь ты им сполна.

– А если этот миг – война? –

Спросил мужик.

Посланец как-то сразу сник,

Помялся, попыхтел

И улетел.

----------

Не верьте судьям неземным,

Послам небесного чертога,

Пусть поживут средь нас немного,

Потом уж и поговорим.

* * *

Горе

Ошибки совершает каждый.

----------

Однажды

Решил Всевышний наш Творец

Вражде смертельной положить конец.

И повелел всем сущим в мире жить.

Не есть друг друга, а дружить.

Протестовать и вслух тужить

Не всякий сразу же решался.

Вот и якшался,

Кто с кем мог.

В иное б время на порог

Друг друга даже не пустили.

А тут как будто всё простили,

Живут в согласии, в ладу…

– Да лучше нам гореть в аду! –

Послышалось, однако, вскоре.

Вопили все вокруг, слёз – море.

А в чём же горе?

Горе в том,

Что не друзья фазан с орлом,

Кобыла с волком, лань со львом,

Комар с лягушкой, жук с кротом,

Карась со щукой, мышь с котом,

А человек – тот со скотом.

* * *

Испытание

Мораль, предупреждение, совет:

Не верить от бессилия – бравада,

В неверие по силам верить надо.

----------

Решил вдруг Человек, что Бога нет –

Такое вот его постигло искушение.

А Бог решил, что это нарушение

Законов жизни на Земле. И стал гадать,

Какое ж испытание назначить Человеку.

«А сделаю-ка я его умом калекой

И посмотрю, как с этим можно совладать

Без божьей помощи и облегчения».

Но выжить с покалеченным умом

И в слабости духовной Человек не смог.

Однажды он в бреду спалил свой дом

И сам сгорел при этом.

Не удалось ему спастись.

А что же Бог?

А Бог ушёл по Млечному пути

К другим планетам.

* * *

Заяц в раю

– Там рай, а здесь бардак! –

Пробарабанил вдруг беляк. –

И убежал в Европу.

Но заячью, простите, попу

В жилище кроличье не пропихнёшь.

Вот и живи, как хошь.

А как?

Зима бесснежная, лесок сквозной,

И стал мишенью белою косой.

А шляпы у охотников чудные,

С пером на трезвых головах.

Короче, ох да ах,

Скорей домой,

Пока живой.

Да здравствуют места родные!

Сугробы по уши, леса густые,

Под каждым пнём готовая нора,

Охотнички весёлые с утра

И дуют не в рожок.

----------

Читай Есенина, дружок.

«Если крикнет рать святая:

«Кинь ты Русь, живи в раю!»

Я скажу: «Не надо рая,

Дайте родину мою»

* * *

 

Прочли стихотворение или рассказ???

Поставьте оценку произведению и напишите комментарий.

0
09:07
4
Нет комментариев. Ваш будет первым!