Татьяна зашла в магазин, как на выставку «Необычные типажи». В очереди стояло человек пятнадцать, а ей казалось — целых сто пятьдесят один. От скуки начала незаметно рассматривать мужчин.

Один зашёл — ноги кривые, будто всю жизнь на велосипеде с разными колёсами ездил. Второй — уши торчат так, что можно было бы вешать на них пакеты. Третий — с огромным животом, будто прятал там арбуз и стеснялся признаться.

И тут Татьяну накрыло внезапное озарение: «А мой-то, получается, самый лучший! У него и ноги ровные, и уши аккуратные, и живот… ну, в меру!»

Домой она летела почти вприпрыжку, счастливая от этого открытия. Муж сидел на диване, смотрел футбол и хрустел сухариками. Татьяна остановилась в дверях, посмотрела на него с нежностью… и вдруг эта нежность как-то резко свернула не туда.

— Ты мне изменяешь, падла?! — выпалила она, сама не понимая, откуда это взялось.

Муж чуть сухарик не проглотил целиком.

— Чего-о? С кем?! Да я даже с соседом в лифте не разговариваю!

Татьяна топнула ногой:

— А я видела! В магазине! Сто пятьдесят один мужик, и у всех недостатки! А у тебя… у тебя всё есть! Значит, ты где-то это всё раздаёшь!

Муж потёр лоб, будто пытался найти там инструкцию к семейной жизни.

— То есть логика такая: раз у меня нет кривых ног и торчащих ушей, значит, я их кому-то подарил?

Татьяна задумалась. Потом махнула рукой:

— Ладно, проехали. Просто… я тебя люблю. Но больше не ходи в тот магазин. Там контингент подозрительный.

Муж вздохнул, подвинулся на диване и протянул ей пачку сухариков:

— Держи. И давай договоримся: если снова захочется философствовать про кривые ноги — сначала чай попьём.