Юлия Порошина ^{8 лет назад}

Литературный клуб «Писатели за Добро» поздравляет Вас с днём рождения и желает творческих успехов!

Литературный клуб «Писатели за Добро» поздравляет Вас с днём рождения и желает творческих успехов!

Литературный клуб «Писатели за Добро» поздравляет Вас с днём рождения и желает творческих успехов!

Литературный клуб «Писатели за Добро» поздравляет Вас с днём рождения и желает творческих успехов!

Сегодня ты выбираешь завтра, новое и живое.
Планами, мыслями и мечтами день создаешь с нуля.
Если кого-то рядом касается ножевое,
Не забывай, что это касается и тебя.

Всё, что ты видел раньше, рискует случиться снова,
История повторяется, чтобы нести завет.
Если тебе сказали самое грубое слово,
Не забывай, что важно не оскорбить в ответ.

Лишь от тебя зависит, как ты поступишь дальше,
Сделаешь ли работу, поддержишь или убьёшь.
Если ты слышишь точно в голосе ноты фальши,
Не забывай, что правда гораздо лучше, чем ложь.

Слушай, надейся, радуйся, живи с теплотой внутри.
Руки не опуская, верь до конца в добро.
Если в тебе горит еще пламя большой любви,
Не забывай хорошее, а забывай про зло.

Что не так? Как же вышло, что я вдруг тебя люблю?
Не должны были так перепутаться наши нити.
Мне привычнее чувства любые ровнять нулю,
Но с тобой не могу повлиять я на ход событий.

Это как лотерея, как призрачный тёмный лес.
Никаких ориентиров, и прежние стёрты метки.
Извини, но похоже, что ты для меня — лучше всех.
Извиняю, что я для тебя — две пустые клетки.

И не вышло у нас крепкой дружбы и нежных ласк,
Хоть и были моменты, и все предпосылки — были…
Да и чтобы узнать тебя полностью, без прикрас,
Мне не хватит ни сил, ни времен, ни космической пыли.

Самый смех в том, что дальность твоих дорог
Не тревожит уже, как когда-то могла тревожить.
Ведь страшнее теперь подвести под чертой эпилог:
В добрый путь и прощай. Обнимаю. До слёз и до дрожи

Запрещено делить на нули,
И пробегать на красный свет.
А ты попробуй себя отдели
От неудач, пустоты и бед.

Сколько же будешь искать пути?
Вроде тропа впереди одна…
Разве что хочешь ещё пройти
По берегам без любви и дна.

Да, без любви, без неё, но с ней
Путь и сложней, и легче бывал.
На том берегу миллион огней
Вечер прохладный во тьме зажигал.

Звёзды горели, плыла Венера,
И от смущения Марс покраснел.
Там, в небесах, где любовь болела,
Новый брилльянт поутру горел.

Этот сумбур не могу исправить,
Мысли уснули на раз-два-три.
Только одно из всех знаю правил:
Запрещено делить на нули.

Сколько зла в бесконечности этого мира,
Сколько боли и слёз — я бы столько не пережил.
Говорят, что на всех этажах и квартирах
Эту злость формируют из синих чернил.

Но я верю, что если взглянуть повыше,
Умудрившись проникнуть в другие миры,
Где — то там, на надломленной старой крыше
Ты узнаешь секрет: наверху все добры.

Если б им рассказали о нашей злости,
И о мире без толики волшебства,
О мужчинах, что вечно играют в кости
И о женщинах с лицами из стекла,

Там бы все посмеялись над этим фактом
И за шутку бы приняли мой рассказ.
Наша жизнь показалось бы им артефактом,
Но для нас — это реальность без всяких прекрас.

Ну а в целом, нету глобальной проблемы,
Кроме той, что итак нам прозрачно ясна:
Эту злость нам как будто пускают по венам,
Без вариантов, без спроса, до самого дна.

И выходит, что каждый без шанса и воли
Очень зол на себя, на страну, на людей…
И за это страдает от бешеной боли
Каждый первый, кто просто рождён на Земле.

«История каждого»

Пока ледяные ветра бороздят просторы,
Волнуется море, и солнце трепещет огнём,
Случается что-то: прозрение, счастье, ссоры,
Ничтожная мелочь в огромном быту мирском.

Секунда к секунде — слогаются дни и недели,
И то ли приходит время, то ли сбегает прочь.
Насколько же больно его ощущать потери,
Насколько же сладко избыток его превозмочь.

Пронзительность воли и твердая сила духа
Сгорают в кратчайший, едва уловимый, миг.
Внутри разгорается ненависть и разруха,
Но хуже всего — пустота, и что к ней привык.

Ты будто ослеп, и на самом краю обрыва
В тумане из горечи сказанных кем-то слов
Пытаешься выход найти и расправить крылья,
Но заперт в плену у своих же немых оков.

И страшно уже не до самого громкого крика,
Ведь сорваны связки, как сорван последний план.
А страшно уже до спокойного тихого сдвига,
Съедает тревога и кроется близко обман.

Борьба повсеместно, и снова борьба в каждом вздохе,
Ты силишься на ноги встать со своих колен.
Но тщетно, дела твои очень и очень плохи.
Борьба повсеместно, борьба до пульсации вен.

Ах, как безмятежно, как сладостно было вначале:
В согласии с миром, в согласии с небом, с собой.
Когда-то мы день с ярким светом и счастьем встречали,
Сейчас же для счастья нам нужен хотя бы покой.

Так бей же, срывай эти чёртовы медные цепи,
Вокруг нарисованы мелом круги — ты и их стирай!
Пусть рамки, запреты, заборы, черты и сети
Останутся тем, кто боится зайти за край.

Ведь ты теперь можешь, ты счастлив и ты достоин,
Поверь, есть немало ещё интересных мест,
И тем, и людей, и возможностей, и историй,
Ты сам — своя вера, ты сам — свой нательный крест.

Не бойся идти. Всё, что нужно, поймёшь по дороге,
Пусть где-то бушуют моря, бороздят ветра.
Вдохни. Улыбайся. Всё будет, и очень много,
Весь мир на твоей ладошке — твоя судьба.