О словах живых и мертвых: обзор книги Норы Галь

О словах живых и мертвых: обзор книги Норы Галь

Здравствуйте, уважаемые авторы, участники и гости  сайта «Писатели за добро»!  

К первому сентября вышел очередной видеообзор из цикла «Азы и музы». Я достаточно долго пребывала на каникулах увязала в ремонте, бытовых проблемах и болячках сына, так что теперь готова с новыми силами вести проекты старые и новые! :)

Смотрите видео, не забывайте подписываться на канал, ставить лайки тем материалам, которые представляются вам полезными, а также писать комментарии и проявлять другие виды активного присутствия! 

А я сопровождаю свой обзор подробной текстовой версией, с учётом тематики книги, в которой во множестве рассматриваются конкретные речевые ошибки. 

Ну, и небольшое вступление про автора пособия: 

Нора Галь (1912 — 1991 гг.) — советская переводчица английской и французской литературы на русский язык, литературовед, критик и теоретик перевода, редактор. Ее псевдоним представляет собой сокращенную версию ее реального имени «Элеонора Гальперина».

Сама личность Норы Галь может многому научить: не сдаваться, идти вперёд, невзирая на обстоятельства, быть верным самому себе. Так, в силу «неправильного» происхождения, будущий специалист по переводу и редактуре шестнадцать раз безрезультатно пыталась поступить в институт и только с семнадцатой попытки была принята в РИИН — Редакционно-издательский институт. Позже вуз был расформирован и Н. Галь закончила уже Педагогический институт, там же она в 1941-м году защитила кандидатскую диссертацию по творчеству Артюра Рембо.
Увлеченная современной зарубежной прозой, в 1959-м году Нора Галь перевела «Маленького принца» — тогда малоизвестного французского писателя и летчика. Переводила она сперва «в стол», только потом — по настоянию подруги — отнесла книгу в издательство. Публикация перевода в августовском номере журнала «Москва» сделала знаменитой и книгу, и ее переводчицу. В дальнейшем Н. Галь переводила О'Генри, Моэма, Селлинджера, Драйзера...

Нора Галь очень много работала, в том числе и обучала начинающих специалистов. Постепенно ее рекомендации переводчикам, редакторам, специалистам, работающим со словом, оформились в практическое пособие — «Слово живое и мертвое», которое было опубликована в 1972-м году. Книга выдержала четыре прижизненных переиздания, в каждое из которых Нора Галь вносила необходимые изменения, вызванные изменчивостью и трансформациями самого языка.
Сегодня — когда книгу продолжают переиздавать, по уже без изменений — в ней хватает устаревших примеров. Тем не менее, она остаётся полезной и познавательной для всех пишущих гуманитариев.
Чем книга Норы Галь может быть интересна сегодня начинающим писателям?
1. Самим отношением автора к слову, как к чуду. Для Норы Галь редакторская и переводческая работа не является механистической, она требует и особого чутья, и подчас импровизации. Само пособие «Слово живое и мертвое», несмотря на то, что это не художественный текст, написано достаточно увлекательно: в нем присутствует определенная внутренняя динамика, логичное деление на главы и подглавы, юмор. «Помни, слово требует обращения осторожного. Слово может стать живой водой, но может обернуться сухим палым листом, пустой гремучей жестянкой, а то и ужалить гадюкой. И слово может стать чудом. А творить чудеса — счастье».
2. Пониманием того, что творчество — это не только и не столько талант, данность, но то, что требует постоянного развития и совершенствования. Язык — одна из стихий, а «человек на то и человек, чтобы учиться управлять всякой стихией. В том числе и языковой».
3. Историческим контекстом. В главе «Поклон мастерам» Нора Галь пишет о таком известном переводчике и литературоведе, как Иван Александрович Кашкин. Он переводил Эрнеста Хэмингуэйя, Джефри Чосера, Джеймса Олриджа, Уолта Уитмена… В 30-е годы основал школу художественного перевода (кашкинцев), которые как переводили классику, так и открывали советским читателям новые имена: Джойса, Голсуорси, Бернарда Шоу, Гейма… Сама Нора Галь примыкала к переводчикам-кашкинцам младшего поколения, вместе с Мариной Литвиновой.
(!) 4. Систематизацией разного рода речевых неточностей и нюансов. Обилием примеров, позволяющих проводить эффективную работу над ошибками.
Среди наиболее грубых ошибок, которым Нора Галь уделяет особое внимание, можно выделить следующие:
А. Канцеляризмы или «канцелярит» (термин К.И. Чуковского), то есть громоздкие выражения: обороты, включающие в себя синонимию, самоповторы, отглагольные существительные, обилие родительного падежа и т.п.
Примеры:
— «Поистине счастливым поэт может считать себя, когда он чувствует свою необходимость людям». Более стилистически удачный вариант: «Поистине счастлив поэт, когда чувствует, что нужен людям».
— «Дочерчивание линии происходит с тщательностью чертежника-ученика, высунувшего язык от старания». (?:))
— «В лице матери после поцелуя ребенка появилось какое-то неуловимое просвежение». Просветление?..
Б. Длинные причастные // деепричастные обороты — «туманы» в речи.
«Живой, тем более современной русской речи деепричастия не очень свойственны, и причастными оборотами люди тоже говорят редко, разве что в официальных и торжественных случаях, обычно — читая по бумажке».
Примеры:
— «Он был абсолютно прав, спрашивая вас». Лучше: «Он правильно сделал, что спросил вас».
— «Будучи совершенно трезвым, он казался хмельнее, чем сидя в баре за стаканом вина». Лучше: «Совершенно трезвый // трезвый как стёклышко...».
Помимо собственно стилистических нюансов, в длинных деепричастных / причастных оборотах легко запутаться, что приведет ещё и к грамматической(им) ошибке(ам):
«Они… принимали эти сведения с рассеянным безразличием, какое мы обычно числим за участниками великих войн, изнуреннЫХ бранными трудами, старающИХся только не ослабеть духом...».
Здесь должно быть: участниками войн, изнуреннЫМи // старающИМИся...
В. Неверно выбранная интонация (стилистический регистр), когда автор как будто бы говорит «не своим голосом», что приводит к фальши, неестественности речи, недоверию читателя.
Примеры:
— Фраза «Я не позволю, чтобы меня постоянно отодвигали на задний план!» из уст простого работяги звучит странно. Лучше бы: «Нечего меня вечно оттирать!»
— Внутренний монолог героя «Неужели все такие или это свойственно только мне?» лучше бы облегчить, убрать не подходящие здксь книжные слова: «Неужели со всеми так то это я один такой?»
Г. Речевая путаница или «Мертвый хватает живого»:
Смешение паронимов, неудачно выбранные синонимы, неточные и(ли) даже абсурдные сочетания слов.
Примеры:
— чувственный / чувствительный;
открытие / откровение / откровенность;
блуждать / блудить;
— слабогрудая улыбка, вьющийся затылок, облокотился залом на стол, он не имел к этому никакого прикосновения, героя боднул соседа плечом и т.д.
Д. «На ножах»: Неверное (неудачное) использование устойчивых выражений; смешение двух речевых оборотов / идиом:
«Встретил войну в лицо»
(лицом к лицу // смотреть опасности в лицо);
«Это вороне не с руки»;
«Пыль наводнила пространство»;
«Уши его онемели» и проч.
Е. Ошибки, вызванные недостатком общей культуры («Предки Адама»):
Last Supper — не «последний ужин» и даже не «последняя вечеря», но «тайная вечеря».
French window — не «французское окно», но застеклённая дверь, ведущая на веранду.
Соединение несоединимого: «Прообраз прошлого» (?:));
«Порассуждать о своих потомках»… (?:))
Особую внимательность стоит проявлять, используя чужие цитаты. Иногда, цитируя первоисточник по памяти, мы можем допустить ту или иную ошибку.

Ж. Иноязычные слова. «А если без них?» / «Куда идёт язык?»
Обойтись без иноязычных слов, в особенности англицизмов, невозможно, но употреблять их стоит дозированно, помня о стилистической уместности (неуместности).
Подчас иноязычные слова могут придавать ненужный оттенок официальности, омертвлять речь. Примеры: «говорить конфиденциально», «держаться изолированно», «стать компенсацией (чего-либо) для человека», «чудесно отреагировать (на что-либо)» и т.д.
Дико звучат в художественных текстах фразы вроде «Туман. Ветер формирует из его клубов полосы» или «Деревенские новости концентрировались у колодца».
З. Лишние слова, слова-паразиты:
Если можно сократить, значит, нужно сократить.
Вместо фразы «Я тебе скажу одну вещь» лучше бы «Вот, что я тебе скажу».
Вместо фразы «Не сам факт неудачи привел его в отчаяние» лучше бы «Не сама неудача привела его в отчаяние».

Вопросы для обсуждения и рассуждения:

— Обращаете ли вы внимание на стилистику своих и чужих текстов или читаете преимущественно ради содержания?
— Какие речевые ошибки в своих текстах
замечаете вы сами? Есть ли среди них те, что выделяла Нора Галь? Как вы с ними работаете? (Что помогает вам от них избавляться?)
— Сотрудничаете ли вы с редакторами // корректорами или предпочитаете самостоятельно вносить в текст правки? Если взаимодействуете с редакторами, то как относитесь к высказываемым замечаниям? Легко ли принимаете чужую критику? 
Искренне ваша, Лена Вишнёвая 
+4
626
RSS
17:08
+3
Здравствуйте, Елена. Отвечаю на вопросы.
На стилистику чужих текстов внимание обращаю, когда пытаюсь понять: почему мне нравится или не нравится произведение. На стилистику своих текстов обращаю внимание всегда. Вычитывать себя обязательно надо на холодную голову.
С редакторами и корректорами стараюсь сотрудничать и легко принимаю все их советы в прозаическом тексте, если они не нарушают смысл.
Сам свои тексты стараюсь вычитывать, но не всегда это делаю достаточно внимательно. За собой наблюдаю опечатки, как правило, несогласованные окончания слов из-за недостаточной внимательности. Иногда за собой наблюдаю повторы слов, видимо, что-то хочу усилить. Разумеется, исправляю.
Наверное, стилистически у меня есть то, что Нора Галь выделила за ошибку, если бы дожила до наших дней и активно работала.
Но я не везде с ней согласен и что-то, в частном порядке, готов оспорить. На мой взгляд, ясные и лаконичные тексты не всегда и не везде уместны, особенно, в художественной литературе. Неправильно, если все герои произведений говорят одним языком, на одном уровне культуры и одинаково грамотны (всё — отличники литературных институтов и филологи с красными дипломами).
Здесь важно, какую цель ставит сам автор. Если это авторский монолог — то, конечно, надо быть максимально понятым другими, кратким, лаконичным, тактичным, стилистически точным.
Про длинные причастия и деепричастия — согласен частично. Увлекаться ими не надо, как и не надо считать за ошибку. Это как с глагольными рифмами в стихах и со спорными в поэзии союзами, наподобие «ведь» и др…
Правила русского языка не должны полностью подменять литературные правила. К примеру, всякие метафоры отклоняются (скажем прямо — нарушают) правила русского языка. А мнения об удачных и неудачных метафорах — глубоко субъективны.
Чужую критику я принимаю по-разному. Слушать — слушаю. Иногда соглашаюсь. Но нередко и оспариваю. У нас много пишут об ошибках поэтов, но мало знают об ошибках критиков. Последними быть сложнее, чем поэтами и прозаиками — слишком много требований предъявляется к ним. Говорят, хороших авторов мало. Но хороших критиков меньше раз в десять, если не в пятьдесят. Однажды дискутировал с одним критиком. Оправдывая свою метафору и поэтическую строку я сослался на А.С. Пушкина, что он себе это позволял. В ответ от критика услышал, что «Так это же Пушкин, а Вы, Андрей, — не Пушкин». Я тут же парировал: «Так и ведь и Вы, уважаемый критик, — не Белинский, не Чернышевский, не Писарев, не Добролюбов и близко не стоите с этими критиками».
Чужие мнения надо выслушивать и обдумывать, но решение принимать самому: править или оставить как есть. Хотя, если нарушение правил однозначное, то и правка должна быть однозначной, без всяких дискуссий. Самодурство и спесь — пороки, одинаковые как для авторов, так и для критиков. Простите за многословие. У меня часто «слишком много букв». Каюсь, грешен.
20:45
+2
Спасибо, Андрей, за Ваши подробные и прочувствованные ответы на вопросы! Лично мне они не показались многословными. И вполне логичный ответ критику, кстати. Повеселил:). Согласна, это сложная профессия. Уже одно то, сколько всего приходится читать в сжатые сроки, искать параллели, сопоставлять!.. Да ещё и уметь быть понятым авторами, не задевать их чувства… И доносить основные идеи произведений авторов до читателей в лаконичной, но небанальной форме — уметь презентовать текст… Etc.
Единственное, следующая Ваша ремарка (привожу ее в конце своего ответа, как цитату), абсолютно справедливая сама по себе, никак не оспаривает мнение Норы Галь — она как раз и говорит об уместности, контекстуальности слов, а не о стопроцентной грамотности и не о стилистическом единообразии:). Таких примеров хватает, можете найти их в обзоре, когда, наоборот, нужно «огрубление», упрощение. «Неправильно, если все герои произведений говорят одним языком, на одном уровне культуры и одинаково грамотны (всё — отличники литературных институтов и филологи с красными дипломами)».
По Вашим типичным ошибкам — я вот тоже любитель повторов. Возможно, это влияние профессии, когда приходится по несколько раз подчас повторять те же идеи… так сказать, проф.деформация))). Не утверждаю, но как один из вариантов объяснения.
21:16
+2
Повтор — это наше профессиональное. Правда, из другой профессии — педагогической. Один профессионализм иногда может повредить другому. В таком случае от «добра добра не ищут» :))
21:27
+1
Ха-ха, это точно, насчет «добра»))). Хорошо сказано! thumbsup
18:12
+1
Спасибо. Не знала о ней.
20:59
+2
Возможно, само ее имя выпало у Вас из памяти, но вот ее классические переводы Вам (и всем нам) точно хорошо известны!
Из ее биографии:
«На рубеже 50-60-х «Маленький принц» Сент-Экзюпери, роман Харпер Ли «Убить пересмешника» выводят Нору Галь в круг ведущих мастеров художественного перевода. В последующем переводческом творчестве Норы Галь уживаются масштабные произведения мировой прозы – «Посторонний» Камю, «Смерть героя» Олдингтона, романы Томаса Вулфа, Джойс Кэрол Оутс, Кэтрин Энн Портер, – с увлечением фантастикой, вылившимся в плодотворную работу над рассказами и повестями Брэдбери, Азимова и Кларка, Желязны и Ле Гуин, Старджона и Шекли».
18:16
+2
И радует, что сайт снова заработал. Сегодня пришло шесть писем.
20:59
+1
Это правда, мне тоже начали приходить информирующие письма, ура! ok
18:25
+2
Поищу её книгу в сети.
Чаще читаю ради содержания, но у близких мне авторов смакую каждое слово.
21:01
+1
Да, Галина, почитайте! Необязательно пытаться сразу осилить всю книгу, можно её по главам, по частям изучать. Как раз каждая подглава рассматривает тот или иной тип ошибки.
Кажется, здесь можно бесплатно прочесть:
bookz.ru/authors/gal-nora/book-slovo-zhivoe-i-mertvoe-580452/read.html
Спасибо. Там только отрывок — теперь всё платно.
Галина, посмотрите на этом замечательном сайте — мне кажется, здесь полная версия: azbyka.ru/deti/slovo-zhivoe-i-mertvoe-nora-gal
20:06
+1
Многое, конечно, в этой книге полезного и заставляющего подумать над своими текстами.
Но не со всеми приведёнными примерами соглашусь. Все таки написана книга более полувека назад, и за это время вся наша жизнь, в том числе речь (письменная и устная), сделали огромный скачок (вот вам и сложное-сочиненное предложение).
Меняется стилистика, обновляется лексика, и то, что Норе Галь казалось неприемлемым, сейчас звучит привычно. То же «французское окно», например. А «просвежение» — это вообще авторский шедевр.
Вот про канцеляризмы поддержу. Очень трудно избавляться, особенно если привык к такому языку в силу профессиональной деформации.
21:04
+1
Конечно, Елена, согласна с Вами — воспринимать рекомендации Норы Галь стоит с поправкой на время. Насчёт «шедевральности» того или иного перла — это решает контекст.
19:21
+2
С книгой Норы Галь знакома давно, она есть в моей домашней библиотеке. Хотела перечитать, но не нашла. Когда искала, попалась очень хорошая и полезная для пишущих людей книга. Это, правда, пособие для учителя. С.Н. Цейтлин «Речевые ошибки и их предупреждение». Там много интересных примеров. Вот один. «При глаголах, обозначающих зрительное восприятие, объект восприятия передаётся в детской речи чаще всего формой „на + В.п.“, хотя в норме языка имеются и другие формы, способные употребляться в данном значении. Ср. в нормативном языке „любоваться морем“ и в детской речи „любоваться на море“.(то же самое и с глаголом „наблюдать“. Предлагается отредактировать предложения, которые для неискушённого читателя звучат вполне грамотно, но в них ошибки при употреблении однородных членов.
Мне было интересно познакомится с текстом и его автором.
Многие ветераны живут не в собственных домах и квартирах, а в нищете.
Это трясина, в которую легко попасть, но трудно выбраться.
Текст заставил меня задуматься над умением и необходимостью сочувствия окружающим.
Нужно знать великих учёных, академиков и писателей.
Никто не заменит таких великих писателей, как Пушкин, Лермонтов, Достоевский.
Автор поднимает проблему не только филологическую, сколько социальную.
Я очень люблю читать как книги, так и другие средства массовой информации.
Людям нужно читать не только научную, но и познавательную литературу.
Книга для учителя тоже подойдёт — все та же работа с речью. Спасибо Вам, Юлия, за дополнительные примеры! Я вроде справилась с заданием по поиску речевых ошибок. Ждём еще участников беседы с ответами! Это хорошая тренировка внимательности ok .
Комментарий удален
Отлично, что Вы потренировались в редакторской правке, Галина! ok
Оставлю свои комментарии к Вашим фразам:
1. Мне было интересно познакомиться с автором текста. +
А вот если с текстом (неодушевл.), то «ознакомиться».
2. Многие ветераны живут в нищете, а не в собственных домах и квартирах.
Первую часть фразы я бы оставила, а дальше оформила бы идею как уточнение: «не имея собственного дома или квартиры». Потому что нищета — более обобщенное понятие, его не вполне корректно противопоставлять более конкретному, например, тому же дому.
3. Это трясина, из которой трудно выбраться, но легко попасть.
… но В КОТОРУЮ легко попасть // угодить. (Пропустить «в которую» здесь нельзя, так как там разное согласование во фразе).
4. Великих учёных, академиков и писателей нужно знать.
Академик — это тоже учёный. Здесь бы стоило просто «учёных и писателей» написать.
5. Таких великих писателей, как Пушкин, Лермонтов, Достоевский — никто не заменит.
Здесь вроде все неплохо, но Пушкина все же в первую очередь как поэта знают, я бы уточнила «поэтов и писателей». Опять же вопрос, зачем их «заменять», но это уж на совести автора…
6. Автор поднимает проблему не только филологическую, но и социальную. + Здесь все ОК, хотя инверсию я бы убрала. Также можно использовать модель «не столько… сколько»).
7. Я очень люблю читать и книги, и другие средства массовой информации.
Средства массовой информации мы не только читаем. Лучше бы: Я люблю как читать книги, так и смотреть телевизор // слушать радио. Или — если речь именно о прессе — уточнить: люблю читать не только книги, но и газеты.
8. Людям нужно читать не только познавательную, но и научную литературу.
Это вообще странно. Получилось, что научная литература не является познавательной, судя по Вашей фразе.
Лучше бы: Я люблю читать познавательную, в частности научную литературу. Или: Я люблю читать научную литературу — она всегда познавательна. (Здесь уже зависит от контекста, которого мы, увы, не знаем).

Если есть какие-то вопросы или что-то осталось непонятным, пишите — попробую дополнительно разъяснить фразы и ошибки в них! Подобные задания вообще очень полезны. Рекомендую их периодически выполнять. Использовать можно плюс — минус любое пособие по культуре речи, раздел «Упражнения» или «Практикум». Удачи!
21:24
+1
У меня сразу вопрос по первой фразе. Мне было интересно познакомиться с автором текста, — т.е. я познакомился с самим автором, как личностью, но не с его текстом. А если я прочитала текст (например, в библиотеке) и тут же встретила его автора?
Во фразе про трясину перестановка слов совершенно изменила смысл.
Это трясина, в которую легко попасть, но трудно выбраться, — сначала в неё попадают, потом выбираются. И в варианте Галины, и в вашем, Лена, действия поменялись местами. Мой вариант: Это трясина, в которую легко попасть, но из которой трудно выбраться.

7 фразу можно изменить так: Я очень люблю читать книги, но не игнорирую и другие средства массовой информации.
И последняя: Людям нужно читать научно — познавательную литературу. (Потому что такого жанра, как познавательная, нет).
Елена, спасибо, что присоединились к обсуждению!
По первому вопросу — если и автора, и текст оставлять, то, пожалуй, остаётся только очень громоздкий вариант: мне было интересно как ознакомиться с текстом, так и познакомиться с его автором.

Про трясину — я, честно говоря, уже вариант Галины смотрела, в отрыве от оригинала. То есть больше обращала внимание на стилистику, а не на исходный смысл. Согласна, что перестановка здесь, по сути, не нужна.

По седьмой фразе Ваш вариант тоже отлично подходит!

По последнему предложению — Ваш вариант корректен. В то же время не совсем согласна с Вами в том, что там обязательно должна идти речь о жанре. В оригинале на это намека нет. «Людям нужно читать не только познавательную, но и научную литературу». Под познавательной может иметься в виду просто информирующая о чем-то литература. Если бы был контекст, то было бы проще понять, что имел в виду автор.
22:33
+1
О, идея: После прочтения текста, мне было интересно познакомиться с его автором!
22:36
+1
И так тоже можно, да! Или «Мне было очень интересно познакомиться с автором прочитанного текста». Стилистика, в отличие от грамматики, приемлет варианты. В разумных пределах. В пределах смысла, я бы даже уточнила ok .
Я думала, что можно только переставлять слова во фразах, не добавляя своих, поэтому так и получилось.
12:55
+1
Нет, при стистической правке слова добавлять / менять, конечно, можно. Главное — не менять при этом содержание. Вообще стилистическая правка бывает двух видов: на уровне одного слова или на уровне всей синтаксической конструкции. Это если ошибок много или если единичная ошибка привела к серьезным нарушениям во всей фразе.
14:33
+2
Позволю себе начать выступление с небольшого вводного текста:
«Можно утверждать, что поэты в большинстве случаев не знают научных законов, на основании которых они создают отличные стихи. В отношении просодии они придерживаются с полным основанием самого наивного эмпиризма. Было бы неумно порицать их за это. В искусстве, как в любви, довольно одного инстинкта, а наука вносит только ненужную ясность. Хотя красота зависит от геометрии, тонкие формы ее можно воспринять лишь при помощи чувства.

Поэты счастливы: самое их неведение составляет часть их силы. Только не надо им слишком горячо спорить о законах их искусства: при этом они вместе с наивностью теряют свою прелесть и, подобно вынутым из воды рыбам, беспомощно бьются в бесплодных областях теории.»
«Сад Эпикура» Анатоль Франс.

1. Как человек, который на профессиональном уровне не имеет никакого отношения к филологии в общем и к литературоведению в частности честно признаюсь, что не представляю параметров стилистики, чтобы их реально оценивать. По аналогии с внешним видом и одеждой я могу сказать, что творчество Набокова напоминает английского денди, а тексты Достоевского сродни юродивому на паперти и нарратив Быкова похож на клоуна в цирке. Но эти образные представления, вероятно, не имеют какого-то отношения к филологическому термину «стилистика». Согласитесь, что не имея специальных знаний, трудно применять предмет на практике. И, наверное, мне не очень нравится слово стилистика. Мне неудобно с ним проникать в глубинную сущность текста. Слово «манера» считаю более подходящим. Благодаря этому слову выяснил, что Бунин часто использовал в своих текстах красивые инверсии и возвышенные метафоры.) А некоторые манеры ряда авторов отбивают желание читать те или иные книги. Перечислю- это вычурная, деревенская, неряшливая (и как правило- многоречивая), слащавая, ригидная и грязная манеры. Ни одной такой книги не смог осилить. В последнее время стал чаще задумываться над структурой повествования, в том числе в своём творчестве. Естественно, что у меня, как молодого автора), могут быть такие сочинения, от которых профессионалов бросает в дрожь. Нет в мире совершенства! Но, как правильно вы утверждаете, уважаемая Елена, путь к нему ведёт через творческий поиск и систематический труд.
2. С книгой Норы Галь познакомился недавно- благодаря рекомендации Игоря Вениаминовича Исаева. Теперь учитываю её рекомендации. Не совсем согласен с названием книги, поскольку все слова живые и имеют право на использование в зависимости от контекста. Вот тексты, да, могут быть живыми или мертвыми. И некоторые умерли, не родившись. ) У Анатоля Франса есть такой афоризм: «жить- значит действовать». По аналогии с этим, живыми для меня являются тексты, в которых происходит действие и развивается сюжет. Канцеляризмы же в текстах- это своеобразные бюрократы, которые жить не дают.) В своих сочинениях пытаюсь изживать канцеляризмы и слова- паразиты. Способствует этому прочтение текста вслух стороннему наблюдателю (бедная моя супруга!). При таком способе вычитки начинаешь слышать неясности, несуразности, шероховатости и лишние или неправильные слова. Опять же слушатель может высказать свои вопросы и претензии по поводу написанного. Таким образом пытаюсь избавляться от тоски смертной в своих текстах.
3. Не всем авторам везёт в нахождении ответственного редактора, с которым было бы комфортно и продуктивно сотрудничать. Идеальным вариантом считаю тот, при котором редактор подстраиваться под автора, а не редактор подстраивает автора под себя. Профессиональные редакторы и корректоры, как правило, люди занятые и торопливые. Им же работу нужно сделать! А это может доставить массу душевных переживаний автору. Согласитесь, что неприятно наблюдать картину, в которой плод твоего труда рушится на глазах. Опять же любой редактор пытается привести текст к усвоенному, общему знаменателю, своим субъективным предпочтениям. Возможно, что это правильно, но кому нужны клоны того же Водолазкина или Иванова.
После подобных редактирований, словно в фильме «Он и она», можно смело закрывать папку с написанным и на ней следует написать, как на заборе, «здесь был текст».) Другие же редакторы просто берут деньги, хвалят написанное, но существенно не помогают и не исправляют (возможно, что и не читают отданный им текст). Описанное мной- это две крайности. Наверняка, что есть прекрасные, профессиональные редакторы и корректоры, которые могут найти подход к автору. Уверен, что у всех профессионалов найдутся претензии и замечания к моим текстам. Соглашусь- у меня не получается писать женские романы. Может, когда-нибудь...)
Но могу похвастаться, что я не остался бесхозным автором. У меня есть добрая знакомая, филолог по образованию, которая читает моё творчество. Я до сих пор восхищён, поражён и глубоко признателен моей драгоценной Алёне Владимировне, которая безвозмездно помогает мне исправлять очевидные ошибки. Это просто авторское счастье!)
Надеюсь, что никого не обидел, поскольку это сугубо теоретические рассуждения.
С уважением.
19:55
+2
Спасибо за Ваш развернутый ответ, Маркус! Меня всегда радует, когда человек даёт не формальные ответы, а действительно размышляет над поставленными вопросами.

Цитата Анатоля Франса хороша, что не мешает ей быть спорной и относящейся к другой эпохе))).

Ваши сравнения стиля одежды (поведения) с текстами вполне себе логичны и, как любые образы, прекрасно вписываются в круг филологических знаний. С моей точки зрения, по крайней мере ok .

«Соглашусь- у меня не получается писать женские романы. Может, когда-нибудь...)». А что, кто-то предлагал? jokingly Дело не столько в выбранном жанре, сколько в том, чтобы в нем развиваться. Об этом и шла речь. Ну, и массовая литература — я в этом убеждена — тоже должна быть качественной и хорошо написанной. Как и развлекательная передача на ТВ в идеале должна чему-нибудь да учить зрителя.

Отношения автора с редактором, как и любые другие человеческие отношения, безусловно, предполагают определенное взаимопонимание. И ещё — что немаловажно — доверие. Оно или есть или нет. Ваша мысль, что редактор должен следовать за автором, а не наоборот, по сути верна, но при условии, что они оба равно профессиональны и что авторский запрос четко сформулирован. В настоящее время начинающие авторы сплошь и рядом путают редактора то с корректором, который должен исправлять все их многочисленные орфографические и пунктуационные ляпы, за которыми самого текста не видно, то с коучем, который должен вдохновлять их на подвиги и предлагать какие-то пути развития сюжетов, а некоторые ещё и хотят, чтобы их вычитывали за бесплатно, что, с моей точки зрения, является обесцениванием труда другого человека.

Фильм «Он и она», хотя я и сама его порекомендовала, несколько попсовый и использует растиражированные представления о жизни писателя, так что вряд ли может служить источником объективных знаний. Но так да, в любом деле можно переборщить))).

20:39
+2
Ваша мысль, что редактор должен следовать за автором, а не наоборот, по сути верна, но при условии, что они оба равно профессиональны и что авторский запрос четко сформулирован.

Здесь сразу возникает дилемма- если автор так же профессионален, как редактор, то на кой ему редактирование. И если автор представляет редактору своё видение мира, а последний узрит для себя нечто убогонькое, то он не должен, как в своё время Нора Галь, проделывать за автора его работу. Редактору проще отказать бездарному автору в помощи. И тогда профессионал с большой буквы прослывет честным и… бедным.)
А фильм хорош- особенно моментом, когда на лице актера, игравшего писателя, появились растерянность и тихий ужас от увиденных плодов редактирования. До этого эпизода он был вполне доволен результатом своего творчества.

21:41
+1
«Здесь сразу возникает дилемма- если автор так же профессионален, как редактор, то на кой ему редактирование». Вопрос, с одной стороны, странный, с другой стороны, — логичный, с учётом опять таки современных реалий. Все же не стоит забывать: автор и редактор — это разные профессии. Да, сегодня у нас каждый второй пишущий — автор, а каждый третий автор — ещё и редактор к тому же, потому как одним творчеством не заработаешь, так что эти понятия нередко размываются))), но… В идеале задача автора (причем, подчеркну, автора художественного текста) — показать свое уникальное вИдение мира, свои неизбитые сюжетные схемы. В эти моменты редактор вмешиваться действительно не должен, а если уж вмешивается, то должен делать это минимально и со всей возможной деликатностью. (Иногда бывает, что вмешивается, если это требования издательства. Бывает, что просят добавить в текст драмы, придумать нового персонажа или даже финал поменять на happy end (о-о!). Но это уже когда идёт работа под конкретный формат. Часто это может касаться серии книг, например).
Что же делает редактор, если автор так-то и сам молодец?
— Сокращает текст, при необходимости.
— Работает прицельно с отдельными (подчеркну это слово — отдельными!) неудачными фрагментами, предлагая варианты изменений.
— Работает с композиционной целостностью текста. Пример: если у автора нет деления на главы, что может затруднять прочтение текста, то редактор может предложить уместное деление. Иногда он может предлагать также новую компоновку материала. Часто идёт совместная работа с началом текста и его финалом. Ну и т.д.
— Работает с названиями глав, может предлагать тоже какие-то изменения в заголовках и подзаголовках.
— Сверяет информацию, при необходимости. Проверяет правильность дат, цифр, документации, если она встречается.
Это в общем-то немало, хотя я далеко не все перечислила. Вроде бы автор и сам может что-то из этого сделать, но часто взгляд со стороны бывает вернее. К тому же — если речь об издательстве — то именно редактору понятнее его внутренние требования.

Ну, уж кому-кому, а Норе Галь везло с авторами, которых она переводила! smile Они ее прославили. Как и она способствовала тому, чтобы они стали известными в нашей стране. Взаимовыгодное сотрудничество))).
08:46
+2
У Норы Галь в её книге было одно высказывание (примерно)- если текст изначально плохой, то никакой редактор его лучше не сделает. Видимо, занималась не только переводами.
***
Новая книга для редактора- это ещё один текст, для автора — часть его жизни. И неудивительно, что писатель может расстраиваться от неудачного сотрудничества.
Но со всем, что вы сказали, согласен полностью и безоговорочно.
С уважением.
19:16
+1
Да, не только переводами. Редактурой тоже. Мысль насчёт того, что не всегда редактор может помочь тексту вполне справедлива. Как раз потому что не все авторы — увы — предлагают уникальное и интересное мировидение. Ну, а некоторых подводит банальное незнание языка. Образы и идеи есть — умения их выразить нет. С другой стороны, и не все редакторы обладают достаточным чутьем на интересные идеи, мотивы, персонажей. Много примеров можно привести того, как именно редакторы, а то и главреды не пропускали те или иные книги, которые затем становились популярными и любимыми многими. Вот у Норы Галь, судя по всему, такое чутье на потенциальных авторов было.
20:06
+1
Если не ошибаюсь, то у Довлатова был рассказ по поводу его мытарств с одним советским издательством. Он каждое утро приходил к редактору, приносил новую или исправленную рукопись и… получал отказ. И однажды, один знакомый подсказал ему, что нужно придти после обеда. Оказалось, что редактор был алкоголиком и по утрам пребывал в дурном расположении духа. Редакторский обед проходил в духе профессора Преображенского и человек становился благожелательным к авторам. )
Вывод прост: не надо спаивать редакторов.) Но вести душевные беседы, да за рюмочкой чая- вполне допустимый вариант.;)
С уважением.
Ха-ха, тоже вариант! Насчёт рюмки чая drink .
20:57
+1
Мы здесь, на сайте, уже неоднократно обсуждали роль редактора при работе над рукописью — как со стороны авторов, так и со стороны редакторов («Колонка злобного редактора» Ольги Которовой, которая, кстати, скоро снова выйдет в эфир).
Имея некоторый опыт общения с этими специалистами, хочу отметить разницу между редактором, самостоятельно выбранным автором (например, при самиздате), и редактором издательства, которое приняло вашу рукопись по договору. Если в первом варианте автор может капризничать, вести душевные беседы, как предлагает Маркус, а то и вовсе отправить редактора «в лес», то во втором это может позволить себе только именитый, неоднократно изданный писатель. Новичкам же стоит установить с редактором доброжелательные и уважительные отношения, прислушиваться к его замечаниям и только в крайних случаях, угрожающих самой рукописи, вступать в активный спор. И не только из-за желания быть напечатанным и получить свой гонорар. Редактору во многих случаях действительно виднее со стороны слабые или сомнительные места, и он заинтересован в качестве конечного продукта. Он скорее друг автору, чем враг (хотя при случае Анна Данилова расскажет вам про свой опыт с очень специфическим редактором).

И, конечно, нельзя не сказать о пользе такого человека, как бета-ридер (о том, с чем это едят, можно кратко почитать здесь: pisateli-za-dobro.com/articles/1165-azbuka-pisatelja-bukva-b.html). На мой взгляд, это незаменимый помощник автора перед отправкой рукописи в издательство.
22:07
+1
Спасибо за дополнения и уточнения, Елена, все так. Не знаю, какую именно историю Анны Даниловой Вы имели в виду, но я помню одну, про чересчур увлекшегося редактора))). Это был, судя по всему, как раз тот случай, когда человек спутал профессии — авторское начало взыграло eyes .