Илья Подковенко. Номинация "Новое имя". Конкурсная подборка

«Поэзия»

Скифское

Когда горит дворец
И вчерашний венец
Пророчит гибель –
Берегись.
Когда волна
– последствие разлома –
На пороге дома
То земля уходит из под ног.
Кто не продрог,
Не убоялся тьмы,
Толщи воды,
Чьи миры
Водонепроницаемы –
Те на волне.
Но есть те,
Кто пришел на коне,
С мечом кривым в руке,
И поджёг сады,
И сжёг миры,
И вызвал волну.
Есть ли выбор с кем быть?
История правит – и ты
Либо на коне,
Либо на волне,
Либо во тьме.

 

***

Безбожно безбрежно.
Будто
талантливый сын превзошёл своей работой
проходное творенье гениального отца.
Так что же, бежать в исступленье,
как пьяная, косая строка?
Или ждать продолжения?
Кто мне судья,
когда Бог признал
во мне друга — не раба?
Да и будет ли отец завидовать успеху сына,
когда сын – его главное творенье?
Признаться...
Хоть богохульником зови, хоть режь, но
я надеюсь, он, отец, зайдёт
вдохнёт
и скажет:
до чего же у тебя здесь
Безбрежно!

 

***

Не скажу. Не напишу. Ни слова.
Ни взгляда, ни жеста. Ни полутона.
Схороню, сберегу, сотни раз спрячу.
Всё твоё — моё. Я в тебе. Никак иначе.

Важнее слов есть только Слово.
До Него не дотянуться. А иного -
Мне не сказать, не написать, чтоб не вышло грубо.
Грехом умерщвления красоты грешил Иуда.

Стараюсь быть умнее, а всё то же.
Иуда был умён. Считай, святоша.
А святость оказалась в тишине,
В которой первый луч рассвета

 замер на кресте.     

 

***

"Россия съела меня,
как глупая чушка своего поросенка" – А. Блок

Если кому и суждено меня сожрать –
Пусть это будет Россия.
А до того она – жена и мать.
По-императорски красива
Её хворающая стать.

Не злопамятна, но явно истерична.
И кто вчера в фаворе был, сегодня
Претерпевает царства своего разделы. Лично
Она доводит до изнеможенья горем,
А после вьюг Сибири греет статусом столичным.

О, Мать-Россия! Родина зовёт… И мы встаём.
Как заповедано в скрижали, что отлита сталью
На каждом сердце русском. И потом,
Мы всё ведь понимаем с вами.
И потому всех мучеников свято бережём.

 

***

Если ты проснулся с чувством,
Будто бы тебя кто-то звал,
Знай –
Это был Байкал.

Он большой, дремучий и неспешный.
Молчаливый.
В общем-то, старик.
Порою смотришь – будто бы нездешний.
Порою смотришь – будто бы поник.
Но то задумчивость. А как иначе?
Чем глубже озеро –
Тем чернее дно.
И вот чернила, словно бы на сдачу,
Сквозь Ангару текут в твоё вино.

Спрут-судьба сокрыт на глубине.
Он видел многое, и вряд ли он разборчив.
Вампилов подтвердит, что в мокрой тишине
Почерк твой становится узорчив.

Один чернила тратит на бумагу.
А кто-то заливает их за воротник.
Мне все равно -
Я как казак, впервые вышедший к Байкалу -
В чем мой путь,
Я только что
Постиг.

 

 

Нежность

Ты проработаешь меня как травму.
"Важный опыт" – сообщит тебе психолог.
Он, как обычно, скажет правду,
Но от правды не всегда есть толк.

"Важный опыт"… Ты меня звала иначе.
Я кем-то был, но без тебя – не стал.
Проснусь в неясности, но не услышу плача.
Пойму, что оказался вновь не там.

Вечным душам, говорят, чужда поспешность.
Хорошо об этом думать средь наломанных дров.
Просто помни, что нас роднила нежность
В кровь разбитых кулаков.

 

***

Помолчим.
Отчего б не помолчать?
Может, мысль какая придёт, материализуется...
Опять
Говорю невпопад, да глупости, шучу.
Интерес приходит во время разговора,
Только надо начать говорить! Ах, да, помолчим…
Если же вдруг… Хотя бы пиши... 

 

Верлибр про птицу

Я не хочу смотреть на птицу
Научным взглядом
Эти тонкие линии принимать
За обтекаемость формы
Для меня птица – творение
Сокрытого гения
И я смотрю на неё
Как на объект искусства

 

***

Семафором октябрьских красок
Тебе отправляю сигнал,
Принцесса таёжных сказок,
Тебя в трепет слов пеленал.

Глубокое, серое небо -
Качает нас всех колыбель.
Лечу за тобою я следом,
Ты листьев опавших метель.

В этот день, огнеокий и крохотный,
Мы бежим по излёту дорог,
Наполняемся лунными вздохами.
И мир так далёк, так далёк... 

 

0
16:35
96
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!