Кстати, ещё хотела бы предложить экспресс-конкурсы поэзии и прозы на темы: «Кистью на холсте» — про художников, и «Музыка и жизнь» — про музыку, певцов и музыкантов.
Добрый вечер! 1) проект действительно хороший и интересный. 2) темы экспресс-конкурсов хотела бы предложить следующие: «Мечты и реальность», «Отцы и дети», на морскую тематику — про моряков, русалок и прочее; про древние легенды и поверья — времён, скажем, Древнего Египта, Античности, Средневековья; ну и сказки для детей и для взрослых. Ещё хорошо было бы про животных, особенно про кошек.
То есть, сказ получился бы, если бы повествование велось от лица случайного прохожего, который, гуляя по лесу, увидел, как леший превращает Машу в кошку, и от увиденного пребывал в полном офигении? Или, ещё лучше, услышал, как Маша хамит старику, потом моргнул, отвлёкся, а Маши и след простыл, зато откуда ни возьмись появилась рыжая кошка?
Письмо Ирины Павловны (отрывок из повести «Житие Анастасии») Недели две — уж ждать совсем немножко, А кажется, как будто двести лет. Шагает осень гордо по дорожке, Зима из дальних стран спешит вослед. Я верю, скоро свидимся мы снова, Познаем счастье, что так долго ждём. Я шлю тебе привет листом кленовым, И солнышком, и сереньким дождём.
Загадочная осень В парке вовсю гулял поздний октябрь. Деревья, одетые в золотую парчу и багряный бархат, качались на ветру, щедро осыпая землю разноцветными листьями, что пёстрым ковром шуршали под ногами. По дорожке неспешно прогуливался молодой человек в коричневом плаще. Он то останавливался, подолгу задерживая взгляд то на дереве, то, наклонившись, поднимал с земли раскрашенный лист и внимательно рассматривал нарисованные осенью узоры, после чего отпускал его, и тот, повинуясь ветру, улетал прочь. Арсений и сам не думал, что когда-нибудь так полюбит осень. Особенно октябрь. Ему всегда казалось, что в этом месяце нет ничего, что могло бы порадовать. Зимой всё покрыто снегом, можно кататься на лыжах, на коньках, лепить с детьми снеговика, и Новый год опять же, когда даже взрослым хочется верить в чудо. Летом дача, шашлыки, рыбалка и к тому же тепло — можно купаться в речке. А что осень? Холодно, ветрено, промозгло. Теперь же именно октябрь, похоже, стал для Арсения любимым месяцем в году. Был уже третий день, как он вышел на свободу. Будь он вором или ещё каким-нибудь преступником, ему, возможно, не отказали бы в июле, когда он подавал на УДО. Но политическим условно-досрочное не полагается. Не для того сажали, чтобы быстро выпустить. Хотя формально-то статья у него уголовная — массовые беспорядки, нападение на полицейского. Но ведь каждая собака знает, что беспорядки на митинге устроили именно полицейские, и они же нападали на участников митинга, согласованного, между прочим. Дорожка вывела Арсения на широкую площадь с аттракционами для деток, ларьками со всякими вкусностями и игрушками, Ледовым дворцом, где в определённые дни проходят выставки-ярмарки, торговыми рядами. Перпендикулярно шёл мощёный плиткой широкий проспект с лавками, клумбами, отделённый от парка кованой решёткой. Золотой кленовый лист зацепился черенком за прут и тщетно рвался навстречу ветру. — Ну что, дружок, хочешь на свободу? — проговорил Арсений, приближаясь к решётке. Осторожно отцепил он пленника. Резкий порыв ветра тут же подхватил листок и унёс в сторону парка. «А всё-таки зря я не любил осень! — подумал Арсений, глядя ему вслед. — Красивая пора, загадочная!».
История Мурлетты Погладь меня, Даня, погладь! Обожаю, когда мне чешут спинку! Хочешь знать, где я была всю ночь? И почему я вообще, как только Иван Купала наступает, мяукаю, царапаюсь в дверь и не успокаиваюсь, пока вы с мамой Надей меня на улицу не выпустите? Сейчас я тебе всё расскажу. Расскажу, но не знаю, поймёшь ли ты? Я ведь уже давно, сам знаешь, не владею человеческой речью. Всё слышу, всё понимаю – ты ещё хвалишься: какая Мурлетта смышлённая! Только сказать уже ничего не могу. Вернее, конечно, могу, но на кошачьем. Умела ли я когда-нибудь говорить по-человечески? Было дело. Не всегда я была рыжей кошкой. В той, другой жизни меня Машей звали. В детском доме мне дали такое имя. Мамаша отказалась от меня сразу, как только родила. И ведь не то чтобы она была совсем молодая, кушать было нечего – просто по медицинским показаниям аборт ей делать было нельзя, а ребёнок ей был без надобности – погулять хотелось. Так я и жила до пятнадцати лет. Меня никто не любил, и я всех ненавидела. Да, да, это я сейчас такая ласковая, а тогда зла была на весь белый свет: почему одним всё, а другим – ничего? Училась я плохо, курила, грубила, подворовывала. И друзья у меня были такие же. Ведь они тоже выросли в детдоме, и их тоже никто не любил. В тот день мы пошли в лес с Пашкой, Наташкой и Ленкой. Разожгли костёр, закурили, намусорили, повытаптывали ягоды. Понимали ли мы тогда, что поступаем плохо? Понимали, конечно, но и мне, и моим друзьям было плевать. Думали, раз этот мир нас так обделил, с какой стати мы ему что-то должны? Вдруг прямо перед нами появился старик – весь заросший, с длинной зелёной бородой, лицо всё в морщинах. И говорит такой: — Что же вы, люди, курите, мусорите, костёр в чаще разжигаете? Вы же причиняете вред деревьям, птичкам, зверушкам. А меня тогда реально переклинило. Взбесило, что какой-то старый козёл читает нам морали. Да и Пашка мне нравился, а он любил девушек дерзких и смелых – хотелось перед ним повыпендриваться. — Слышь ты, упырь бородатый! – сказала я старику. – Давай вали отсюда… В общем, послала его неприличным словом. Старик в ответ головой покачал: — Злая ты девочка! Надо бы тебя проучить хорошенько, чтоб старшим не хамила! Я уже открыла рот, чтобы отматюкать его по полной программе, но не успела и слова сказать – он как дунет мне в лицо. Когда дым рассеялся, я увидела, что стою на четвереньках, и не узнавала своих рук. Вместо них увидела кошачьи лапы, обросшие рыжей шерстью. Я испугалась, закричала, но вместо крика услышала мяуканье. А друзья… Они драпали так, что и чемпион по бегу за ними бы не угнался. Осталась я одна посреди леса. Выбралась, сунулась было к друзьям. А те меня не узнали – Пашка пнул так, что я отлетела на три метра и чудом не попала под проходящую машину. Что мне было делать? Жила поначалу на помойке, ловила мышей, питалась объедками, которые люди выбрасывали. А однажды меня чуть собаки не растерзали. Ну, ты помнишь, Даня, ты тогда ещё с мамой Надей из магазина шёл, увидел. Дальше ты знаешь – вы меня подобрали, в квартиру привели, отмыли от блох… Я ведь сначала дико завидовала тебе. Ещё бы! Тебя с детства любили, заботились, как никто никогда не любил и не заботился обо мне. Тогда я ещё не думала, что привыкну к вам настолько, и мы с тобой станем настоящими друзьями. Не такими, как с Пашкой, Наташкой и Ленкой. Я-то знаю, что ты меня никогда не бросишь. И к новому, кошачьему имени я не сразу привыкла. Сначала мне казалось, что Мурлетта звучит как-то по-дурацки. Знаю, что мама Надя большая любительница итальянской эстрады и имя специально мне такое придумала, чтобы про Италию напоминало. А что, Мурлетта –– Джульетта шикарно рифмуется! Однако я не теряла надежды вернуть себе человеческий облик. В своей прежней жизни я, конечно, слышала про примету – если в ночь на Ивана Купалу найти в лесу цветущий папоротник, можно загадать желание, и оно исполнится. Тогда я не верила в это. Но ведь и в леших я тоже не верила, и что можно вот так в кошку превратиться. А оно так и случилось. Вот я и подумала: может, и про цветок папоротника – правда? Потому я и просилась тогда на улицу. Бродила до рассвета по лесу, всё цветок искала. Но утром всякий раз возвращалась домой с пустыми руками, а вернее, лапами. А вчера мне, наконец, повезло – увидела я его. Как он выглядит? Ну, такой, нежно-лилового цвета и сверкает, как будто фосфорный. Я как увидела, чуть голову не потеряла от радости. Подпрыгиваю – и цап. А тут леший – видимо, тот самый, что меня в кошку превратил. Говорит мне: — Ну что ж, тебе повезло. Загадывай желание. Я хотела было попросить вернуть себя прежнюю, но тут подумала о том, что маму Надю за пост ВКонтакте занесли в список экстремистов и никак не вычёркивают, хотя должны были бы уже месяца три назад, как живёте с заблокированными счетами и денег едва хватает на еду и лекарства – спасибо, находятся добрые люди, помогают! А ведь вы с мамой Надей меня даже в такое время не бросили – не то что моя биологическая мамаша! И я ответила лешему: — Пусть несчастья семьи, которая меня приютила, поскорее закончатся! Пусть им, наконец, разблокируют счета, вычеркнут из чёрного списка и дадут маме Наде нормально на работу устроиться! Вот такие дела, Даня! Осталась я кошкой Мурлеттой. Найду ли я ещё когда-нибудь цветок этот – даже не знаю? Хотя, может, и не нужно его искать? Конечно, теперь я не та Маша – воровать и хамить направо и налево уже не буду. Но… Только встретив вас, я узнала, что такое настоящая семья. Вы любите меня, как не любил никто больше – просто за то, что я есть. И именно у вас я тоже научилась любить. А друзья мои – не думаю, что они по мне особенно скучают. Да и мне уже с ними будет неинтересно. Пашка сейчас в тюрьме – по пьяни собутыльника ножом почикал. Наташка так и вовсе загнулась – от передозировки наркотиков. Ленка пьёт и с мужчинами гуляет – и ничего ей больше в жизни не надо. А вот ты и мама Надя, если Мурлетта вдруг возьмёт и пропадёт, знаю, что будете по мне скучать. Так, может, и не стоит искать этот цветок? Или всё-таки попробовать? Ты как думаешь, Даня?
Сказать, что проштудировала, конечно, можно, а как зададут вопрос по теме — потом сиди думай, как выкрутиться. Проще сразу сказать, если чего не знаешь, чем потом спешно зубрить материал.
Спасибо! Только, признаться честно, я тут как раз писала про гранат именно потому, что рифма так легла. Вспомнился чёрный юмор с «Натой» и «гранатой». Хотя когда-то давно читала у бабушки книгу «Магия камня», о прочитанном давно забыла, но может, подсознание подсказал, что этот камень от бед убережёт. Да и серьги с гранатом из бабушкиной шкатулки я действительно носила. Надо будет, наверное, попытаться их найти.
Амулет на счастье У бабушки гостили Ира с Натой И серьги в сундуке нашли с гранатом, По-видимому, им уж сотни лет. «То, внученьки, счастливый амулет, Его мои прабабушки носили, Свой век в любви и счастии прожили, И даже в трудные, лихие годы Их миновали беды и невзгоды». Но время шло, бабулю схоронили, Её наследство внучки разделили. Достались Нате дача и квартира, С гранатом серьги получила Ира. Но их, однако, Ната возжелала И у сестры по-тихому украла. Вот только не помог ей амулет — Бомжует Ната, счастья в жизни нет, Сидит в обносках, милостыню просит. Лишь добрым, честным счастье он приносит. А кто душой завистлив, сердцем зол, Тот потеряет всё, что приобрёл
1) проект действительно хороший и интересный.
2) темы экспресс-конкурсов хотела бы предложить следующие: «Мечты и реальность», «Отцы и дети», на морскую тематику — про моряков, русалок и прочее; про древние легенды и поверья — времён, скажем, Древнего Египта, Античности, Средневековья; ну и сказки для детей и для взрослых. Ещё хорошо было бы про животных, особенно про кошек.
Недели две — уж ждать совсем немножко,
А кажется, как будто двести лет.
Шагает осень гордо по дорожке,
Зима из дальних стран спешит вослед.
Я верю, скоро свидимся мы снова,
Познаем счастье, что так долго ждём.
Я шлю тебе привет листом кленовым,
И солнышком, и сереньким дождём.
В парке вовсю гулял поздний октябрь. Деревья, одетые в золотую парчу и багряный бархат, качались на ветру, щедро осыпая землю разноцветными листьями, что пёстрым ковром шуршали под ногами. По дорожке неспешно прогуливался молодой человек в коричневом плаще. Он то останавливался, подолгу задерживая взгляд то на дереве, то, наклонившись, поднимал с земли раскрашенный лист и внимательно рассматривал нарисованные осенью узоры, после чего отпускал его, и тот, повинуясь ветру, улетал прочь.
Арсений и сам не думал, что когда-нибудь так полюбит осень. Особенно октябрь. Ему всегда казалось, что в этом месяце нет ничего, что могло бы порадовать. Зимой всё покрыто снегом, можно кататься на лыжах, на коньках, лепить с детьми снеговика, и Новый год опять же, когда даже взрослым хочется верить в чудо. Летом дача, шашлыки, рыбалка и к тому же тепло — можно купаться в речке. А что осень? Холодно, ветрено, промозгло. Теперь же именно октябрь, похоже, стал для Арсения любимым месяцем в году. Был уже третий день, как он вышел на свободу. Будь он вором или ещё каким-нибудь преступником, ему, возможно, не отказали бы в июле, когда он подавал на УДО. Но политическим условно-досрочное не полагается. Не для того сажали, чтобы быстро выпустить. Хотя формально-то статья у него уголовная — массовые беспорядки, нападение на полицейского. Но ведь каждая собака знает, что беспорядки на митинге устроили именно полицейские, и они же нападали на участников митинга, согласованного, между прочим.
Дорожка вывела Арсения на широкую площадь с аттракционами для деток, ларьками со всякими вкусностями и игрушками, Ледовым дворцом, где в определённые дни проходят выставки-ярмарки, торговыми рядами. Перпендикулярно шёл мощёный плиткой широкий проспект с лавками, клумбами, отделённый от парка кованой решёткой. Золотой кленовый лист зацепился черенком за прут и тщетно рвался навстречу ветру.
— Ну что, дружок, хочешь на свободу? — проговорил Арсений, приближаясь к решётке.
Осторожно отцепил он пленника. Резкий порыв ветра тут же подхватил листок и унёс в сторону парка. «А всё-таки зря я не любил осень! — подумал Арсений, глядя ему вслед. — Красивая пора, загадочная!».
История Мурлетты
Погладь меня, Даня, погладь! Обожаю, когда мне чешут спинку! Хочешь знать, где я была всю ночь? И почему я вообще, как только Иван Купала наступает, мяукаю, царапаюсь в дверь и не успокаиваюсь, пока вы с мамой Надей меня на улицу не выпустите? Сейчас я тебе всё расскажу. Расскажу, но не знаю, поймёшь ли ты? Я ведь уже давно, сам знаешь, не владею человеческой речью. Всё слышу, всё понимаю – ты ещё хвалишься: какая Мурлетта смышлённая! Только сказать уже ничего не могу. Вернее, конечно, могу, но на кошачьем. Умела ли я когда-нибудь говорить по-человечески? Было дело. Не всегда я была рыжей кошкой. В той, другой жизни меня Машей звали. В детском доме мне дали такое имя. Мамаша отказалась от меня сразу, как только родила. И ведь не то чтобы она была совсем молодая, кушать было нечего – просто по медицинским показаниям аборт ей делать было нельзя, а ребёнок ей был без надобности – погулять хотелось. Так я и жила до пятнадцати лет. Меня никто не любил, и я всех ненавидела. Да, да, это я сейчас такая ласковая, а тогда зла была на весь белый свет: почему одним всё, а другим – ничего? Училась я плохо, курила, грубила, подворовывала. И друзья у меня были такие же. Ведь они тоже выросли в детдоме, и их тоже никто не любил.
В тот день мы пошли в лес с Пашкой, Наташкой и Ленкой. Разожгли костёр, закурили, намусорили, повытаптывали ягоды. Понимали ли мы тогда, что поступаем плохо? Понимали, конечно, но и мне, и моим друзьям было плевать. Думали, раз этот мир нас так обделил, с какой стати мы ему что-то должны?
Вдруг прямо перед нами появился старик – весь заросший, с длинной зелёной бородой, лицо всё в морщинах. И говорит такой:
— Что же вы, люди, курите, мусорите, костёр в чаще разжигаете? Вы же причиняете вред деревьям, птичкам, зверушкам.
А меня тогда реально переклинило. Взбесило, что какой-то старый козёл читает нам морали. Да и Пашка мне нравился, а он любил девушек дерзких и смелых – хотелось перед ним повыпендриваться.
— Слышь ты, упырь бородатый! – сказала я старику. – Давай вали отсюда…
В общем, послала его неприличным словом.
Старик в ответ головой покачал:
— Злая ты девочка! Надо бы тебя проучить хорошенько, чтоб старшим не хамила!
Я уже открыла рот, чтобы отматюкать его по полной программе, но не успела и слова сказать – он как дунет мне в лицо.
Когда дым рассеялся, я увидела, что стою на четвереньках, и не узнавала своих рук. Вместо них увидела кошачьи лапы, обросшие рыжей шерстью. Я испугалась, закричала, но вместо крика услышала мяуканье. А друзья… Они драпали так, что и чемпион по бегу за ними бы не угнался.
Осталась я одна посреди леса. Выбралась, сунулась было к друзьям. А те меня не узнали – Пашка пнул так, что я отлетела на три метра и чудом не попала под проходящую машину. Что мне было делать? Жила поначалу на помойке, ловила мышей, питалась объедками, которые люди выбрасывали. А однажды меня чуть собаки не растерзали. Ну, ты помнишь, Даня, ты тогда ещё с мамой Надей из магазина шёл, увидел. Дальше ты знаешь – вы меня подобрали, в квартиру привели, отмыли от блох… Я ведь сначала дико завидовала тебе. Ещё бы! Тебя с детства любили, заботились, как никто никогда не любил и не заботился обо мне. Тогда я ещё не думала, что привыкну к вам настолько, и мы с тобой станем настоящими друзьями. Не такими, как с Пашкой, Наташкой и Ленкой. Я-то знаю, что ты меня никогда не бросишь. И к новому, кошачьему имени я не сразу привыкла. Сначала мне казалось, что Мурлетта звучит как-то по-дурацки. Знаю, что мама Надя большая любительница итальянской эстрады и имя специально мне такое придумала, чтобы про Италию напоминало. А что, Мурлетта –– Джульетта шикарно рифмуется!
Однако я не теряла надежды вернуть себе человеческий облик. В своей прежней жизни я, конечно, слышала про примету – если в ночь на Ивана Купалу найти в лесу цветущий папоротник, можно загадать желание, и оно исполнится. Тогда я не верила в это. Но ведь и в леших я тоже не верила, и что можно вот так в кошку превратиться. А оно так и случилось. Вот я и подумала: может, и про цветок папоротника – правда? Потому я и просилась тогда на улицу. Бродила до рассвета по лесу, всё цветок искала. Но утром всякий раз возвращалась домой с пустыми руками, а вернее, лапами.
А вчера мне, наконец, повезло – увидела я его. Как он выглядит? Ну, такой, нежно-лилового цвета и сверкает, как будто фосфорный. Я как увидела, чуть голову не потеряла от радости. Подпрыгиваю – и цап. А тут леший – видимо, тот самый, что меня в кошку превратил. Говорит мне:
— Ну что ж, тебе повезло. Загадывай желание.
Я хотела было попросить вернуть себя прежнюю, но тут подумала о том, что маму Надю за пост ВКонтакте занесли в список экстремистов и никак не вычёркивают, хотя должны были бы уже месяца три назад, как живёте с заблокированными счетами и денег едва хватает на еду и лекарства – спасибо, находятся добрые люди, помогают! А ведь вы с мамой Надей меня даже в такое время не бросили – не то что моя биологическая мамаша! И я ответила лешему:
— Пусть несчастья семьи, которая меня приютила, поскорее закончатся! Пусть им, наконец, разблокируют счета, вычеркнут из чёрного списка и дадут маме Наде нормально на работу устроиться!
Вот такие дела, Даня! Осталась я кошкой Мурлеттой. Найду ли я ещё когда-нибудь цветок этот – даже не знаю? Хотя, может, и не нужно его искать? Конечно, теперь я не та Маша – воровать и хамить направо и налево уже не буду. Но… Только встретив вас, я узнала, что такое настоящая семья. Вы любите меня, как не любил никто больше – просто за то, что я есть. И именно у вас я тоже научилась любить.
А друзья мои – не думаю, что они по мне особенно скучают. Да и мне уже с ними будет неинтересно. Пашка сейчас в тюрьме – по пьяни собутыльника ножом почикал. Наташка так и вовсе загнулась – от передозировки наркотиков. Ленка пьёт и с мужчинами гуляет – и ничего ей больше в жизни не надо.
А вот ты и мама Надя, если Мурлетта вдруг возьмёт и пропадёт, знаю, что будете по мне скучать. Так, может, и не стоит искать этот цветок? Или всё-таки попробовать? Ты как думаешь, Даня?
У бабушки гостили Ира с Натой
И серьги в сундуке нашли с гранатом,
По-видимому, им уж сотни лет.
«То, внученьки, счастливый амулет,
Его мои прабабушки носили,
Свой век в любви и счастии прожили,
И даже в трудные, лихие годы
Их миновали беды и невзгоды».
Но время шло, бабулю схоронили,
Её наследство внучки разделили.
Достались Нате дача и квартира,
С гранатом серьги получила Ира.
Но их, однако, Ната возжелала
И у сестры по-тихому украла.
Вот только не помог ей амулет —
Бомжует Ната, счастья в жизни нет,
Сидит в обносках, милостыню просит.
Лишь добрым, честным счастье он приносит.
А кто душой завистлив, сердцем зол,
Тот потеряет всё, что приобрёл