Как было неоднократно сказано: симпатии и антипатии- вещь субъективная. Кроме приведенных авторов есть что почитать. Сейчас с запоем читаю такого автора, как Эрик-Эмманюэль Шмитт. Восхитил его роман «Другая судьба». Книга, между прочим, о Гитлере, но он его так развенчал, что нет никаких вопросов. Пожалуй, это единственный автор, к книгам которого хочется вернуться снова. Тем более, что он вскользь даёт советы по написанию текстов. По- поводу названия книги: «Битвы ума за разум» не вызывают полного филологического отрицания? Мне симпатично это вычурное названия для книги, в которой будет рассказано о том, чего не может быть в нормальной жизни. Просто задумал расширить палату номер шесть до шестого отделения.) Персонажи уже на низком старте.
Спасибо за ответы. Пелевина и Прилепина в один ряд поставить вряд ли можно, с учётом того что их литературные направления кардинально различны, как и содержательные доминанты, и стилистика текстов. При этом мне интересны оба эти автора! При этом ваше право их не читать. … Книга в нынешние времена может носить любое название, но вопрос в осмысленности. Я бы не стала так называть свое произведение. Во-первых, это банально. Всяких «битв за разум» уже и так хватает и на ТВ, и в студенческих баттлах. Во-вторых, несколько тяжеловесно звучит. Также, хотя теоретически понятно, что значения слов «ум» и «разум» могут быть ситуативно различны, но таки синонимия прослеживается. Можно придраться к этому. Видимо, здесь ещё и попутно обыгрывается фразеологизм «ум за разум», но я сама придерживаюсь классического представления о том, что название желательно должно быть цепляющим взгляд и максимально возможно (в рамках конкретного контекста) кратким. Приведенное Вами название меня скорее напрягло, чем вызвало желание прочесть текст. … Музиль — дааа. Книга, которая в плане читабельности составляет конкуренцию «Улиссу» Джойса. Читаешь, главное, читаешь, и в голове, кроме красивых фраз, откладывается мало что. Причем каждая фраза умна по отдельности, в в общий текст складывается не всегда. В любом случае Вы хотя бы начали прочтение, то есть уже имеете определенное представление об этом тексте, ещё и попутно кучу всего о произведении — авторе прочли, так что всё не зря. Невозможно, как Вы верно заметили, прочесть всё. Или даже почти всё. Поневоле приходится выбирать. … По седьмому вопросу я, наверное, криво вопрос сформулировала. Имела в виду, что шаблон такой присвоили творчеству главной героини. А так, мне как раз кажется, что Вы вполне всеядны в плане лит. чтения. Творчество того же Флобера больше женское, если брать глубину эмоционального мира. Или «Красная лилия» Анатоля Франса — типично женский роман по тематике. Да много таких книг, сосредоточенных на внутреннем, а не на внешнем мире. Поэтому лично для меня такое противопоставление надумано. Есть просто плохие книги, плохо написанные, часто они при наличии закрученного сюжета могут получить популярность, но это будет уже чтиво, а есть хорошие книги по качеству исполнения, вне прямой зависимости от тематики.
Думаю, после подведения итогов мы сможем ознакомить вас с работами лауреатов и дипломантов этих номинаций. Кроме того, все участники зарегистрировались на сайте и могут разместить свои тексты (включая частушки) самостоятельно.
Поздравляю всех авторов, вошедших в Лонг-лист дополнительных номинаций Международного конкурса «Славянское слово» 2026 и желаю всем творческих успехов!!!
Здравствуйте, Елена. Фильм ещё не смотрел, но сделаю это в ближайшее время. Начну отвечать на вопросы, которые выходят за рамки кинокартины. 4. Таких книг нет. Когда сюжет известен, то не интересно перечитывать. Прекрасных книг так много, что нет времени возвращаться к пройденному. 5. Было одно исключение- «Братья Карамазовы» Ф. М. Достоевского. В школьные годы книга меня не заинтересовала, но где-то в 30 лет с небольшим я её перечитал. Впечатлило! 6. Из таких авторов, как Пелевин и Прилепин, не осилил ни одной книги. Видимо, слишком гениально для меня. Но так же не смог прочитать «Человека без свойств» Роберта Музиля- как не пытался.( 7. «Дамские романы» не читал. Возможно, что ещё не дорос… до женщин.) P.S. Вопрос к вам, как к филологу. Может ли книга носить название: «Битвы ума за разум»?
Май! Яблони цветут. Душа поёт. А тело подпевает. Даже на грядке! И даже на чужой. Ловила позитив Алевтина Михайловна, нежась на ласковом весеннем солнышке в необычной для себя позиции. Одинокая пенсионерка соглашалась на любые предложения. Благо, что подруг с предложениями хватало. То поход в кино. То посиделки под баян. То акция по уборке старого парка. Теперь вот и до дачи добралась. Чужой, правда. Но оно и к лучшему – свою бы она не доглядела, силы не те. А Маринкину… – Ой, какая тут у тебя красота! А краски! А ароматы! Голова кругом, сердце вальсом. Одного не пойму: чего же ты полгода в пыльном городе кукуешь? – Мужа мне бы найти хотелось. Хозяина. С головой и руками. Участок внимания требует повышенного. Да и самой надоело во вдовьем чине вековать. А тут у нас кавалеров – одной рукой перечесть можно. Петрович, Сергеич да Лешка с Мишкой. – Не устраивают? – проявила проницательность Алевтина Михайловна. – Ты бы их видела. Помолчали. Чаю попили. В доме порядок навели. Переключились на сад-огород. Марина за побелку яблонь взялась. А подругу на грядки направила: – Там особой сноровки и скорости не требуется. Возьми на себя морковку. – Удружила, милочка. Всевозможные растяжки мне полезны. Заодно и виды на жизнь прополю – заросли капитально. Устарели. Поначалу не уставала радоваться солнцу и теплу, птичьему щебету, попавшейся на глаза букашке. Потом почувствовала тяжесть в ногах. Вспомнила о старом радикулите. Присела на ведро. – Умаялись, должно быть? – из-за забора показалась седая голова в кепочке. «Петрович? Сергеич? Или Лешка с Мишкой?» – вспомнился перечень местных кавалеров. – А если умаялась, то что? – в глазах Алевтины Михайловны запрыгали чёртики и голос зазвенел весёлыми нотками. – Помощь предложите? Или на сочувствии остановитесь? – Могу и помочь… *** Яблоневые цветы в лучах уходящего солнца казались золотыми. На веранде постанывал чайник, переливались красками заката нарядные чашки и пиалушки с фирменными Маринкиными джемами. – В общем, ограничилось у нас исключительно морковкой, – улыбалась в чашку раскрасневшаяся Алевтина. – Да я и не напрягалась особенно. – Почему? Сергеич мужик видный. – С утра ты другое говорила. – Мне хозяин на даче нужен, а не певун. – Разберемся. До серьёзных отношений тут вряд ли дойдет. А вот компанию одинокому певуну составить можем. И какую! Сейчас позвоним Вике и Наталье. Они по певунам соскучились. Вот и соберём компанию. За пару недель участок твой до ума доведут. Это днём, ну а вечерами… марша Мендельсона не обещаю, но сезон ожидается замечательный.
Я оглядываюсь вокруг, бесконечно пораженная неземной шириной, сияющей передо мной. Я выгляжу и чувствую себя легкой и маленькой. Золотисто-желтый цвет впитывается в меня. И теперь я цела, несмотря ни на что. Я дышу и живу, вплетенная в степь. С верой в «ЗАВТРА» я буду ждать, и омар шепчет рядом со мной в желтом тумане.
Я оглядываюсь вокруг и босиком я лечу, полная сил и прижимая руками мое сердце, несущее золотые брызги и сливающееся с желтым небом.
Сегодня я новая, красочная и другая. Сегодня у меня бьющееся сердце в груди. Завтра, возможно, я уйду, но моя душа, распростертая в твоих руках, будет дорога.
Вчера был мрачным, сонно молчаливым Наш бедный старый яблоневый сад, Весне весёлой праздничной не рад – Ни грушам, ни черёмухам, ни сливам, Ни вишенкам красоткам торопливым, Одетым в белый свадебный наряд. И лишь кивал ветвями невпопад Одним ветрам нахально шаловливым.
А нынче пышновспененной, густой Жемчужно-розоватой красотой Наполнил день. Повисла тишь немая. Скворец притих – свой дом не узнаёт. Восторг. И нужных слов недостаёт Озвучить прелесть главной тайны мая.
Благодарю Вас, Ольга, за внимательное чтение. Когда-то за этот очерк я получил премию от любителей литературы, Чеховскую премию… Название «нонконформисты», понятно, пришло с Запада, от искусствоведов, которые разглядели в непризнанных официальной культурой художниках сходство с позицией религиозных нонконформистов относительно официальной церкви. Действительно, при всем разнообразии творческих методов, а среди них были и вполне себе реалисты, и экспрессионисты, и последователи магических практик, объединяло их художественное бунтарство. Они не признавали права госорганов, господствующей идеологии определять как и о чем им высказываться в своих произведениях. На «бульдозерной выставке» были самые разные полотна, как и на квартирных выставках Глезера. На эту тему написаны тома искусствоведов, работы признаны во всем мире, стали таким же ценным вкладом в мировое искусство, как их предшественник — «русский авангард». Некоторые представлены в знаменитых музеях, например, поблизости от моего болгарского дома — в греческих Салониках.
Спасибо, Иосиф, очень интересные статьи у Вас. Откровенно говоря, читаю их всегда с удовольствием. Чувствуется журналистский слог, такой богатый, насыщенный разными суждениями, откровениями, воспоминаниями… Много новых слов для себя подчеркиваю. Например, вот это — нонконформизм. Не поленилась, поискала значение и удивилась: оказывается, оно многозначное. У Вас оно в каком значении?
Внеконкурсные россыпи веснушек сквозь снега . Новая Земля – «дорога», «путь». (*) Дышит Ледовитый океан – ветром северным наполнил грудь маленького, стойкого белька. (*) . Баренцево, Карское моря полюс дуновеньем перепел, волей Арктики снега храня… Копит силы время перемен. . В тесном логове скрывает наст тельце нежное, весны дитя: тюленёнок мал, усат, лобаст, бусины-глаза на мир глядят. . Матери заботы, молоко умножают быстро детский вес. Разгоняет в небе высоко облакА прорвавшийся норд-вест. . Пробуждается архипелаг – вновь полярным летом вспыхнет день! Дымкой на прибой весна легла. Берегов короткой стала тень. . Проявляют гряды вечных скал россыпи веснушек сквозь снега. Север тюленёнка обласкал – в пятнышках весной спина, бока. . Промелькнул весны спешащей бег. Солнечный на шубку лёг загар – прочь веснушчатый недолгий снег. Лето Заполярья – дивный дар! . Океана воды бороздить будет житель северных широт, чтобы поколеньям новым жить! Мир прекрасен. Север мой широк. . . (*) Новая Земля; (помор. Матка) — дословно «путь», «дорога»; архипелаг в Северном Ледовитом океане между Баренцевым и Карским морями. (*) белёк – детёныш тюленя.
А я на майские сбегаю на природу, Когда заря на горизонте заблестит, По Интернету обещали нам погоду, Уже неделя, как пустили «Азурит». Переправляюсь через речку на пароме И, для работы вешней время экономя, Я потихонечку до сада добегу, Что на озёрном притаился берегу. А сад весенний, принакрывшийся фатою, Меня встречает, распустившись поутру, И я с восторгом полной грудью наберу Целебный воздух со смолистостью родною. Здесь зеленеет обольстительница-ель, И обелила дерева густая бель.
Здесь за нектаром полетел мохнатый шмель, А соловейко засвистел дневную трель. Антициклон сюда на майские волною Пригнал жару да с ней играется в саду. Повсюду яблони купаются в цвету, А небо ясное и плещет синевою, Листва трепещет, улыбаясь вешняку. Я это счастье непременно сберегу И расскажу о нём в лирической короне. Оно скрывается в изысканном пионе, Что распускается – он майский фаворит. Оно пеоном устремится на свободу, Стихотворением пейзажным одарит, И настроение подымет садоводу!
Кроме приведенных авторов есть что почитать. Сейчас с запоем читаю такого автора, как Эрик-Эмманюэль Шмитт. Восхитил его роман «Другая судьба». Книга, между прочим, о Гитлере, но он его так развенчал, что нет никаких вопросов. Пожалуй, это единственный автор, к книгам которого хочется вернуться снова. Тем более, что он вскользь даёт советы по написанию текстов.
По- поводу названия книги: «Битвы ума за разум» не вызывают полного филологического отрицания? Мне симпатично это вычурное названия для книги, в которой будет рассказано о том, чего не может быть в нормальной жизни. Просто задумал расширить палату номер шесть до шестого отделения.) Персонажи уже на низком старте.
Пелевина и Прилепина в один ряд поставить вряд ли можно, с учётом того что их литературные направления кардинально различны, как и содержательные доминанты, и стилистика текстов. При этом мне интересны оба эти автора! При этом ваше право их не читать.
…
Книга в нынешние времена может носить любое название, но вопрос в осмысленности. Я бы не стала так называть свое произведение. Во-первых, это банально. Всяких «битв за разум» уже и так хватает и на ТВ, и в студенческих баттлах. Во-вторых, несколько тяжеловесно звучит. Также, хотя теоретически понятно, что значения слов «ум» и «разум» могут быть ситуативно различны, но таки синонимия прослеживается. Можно придраться к этому. Видимо, здесь ещё и попутно обыгрывается фразеологизм «ум за разум», но я сама придерживаюсь классического представления о том, что название желательно должно быть цепляющим взгляд и максимально возможно (в рамках конкретного контекста) кратким. Приведенное Вами название меня скорее напрягло, чем вызвало желание прочесть текст.
…
Музиль — дааа. Книга, которая в плане читабельности составляет конкуренцию «Улиссу» Джойса. Читаешь, главное, читаешь, и в голове, кроме красивых фраз, откладывается мало что. Причем каждая фраза умна по отдельности, в в общий текст складывается не всегда. В любом случае Вы хотя бы начали прочтение, то есть уже имеете определенное представление об этом тексте, ещё и попутно кучу всего о произведении — авторе прочли, так что всё не зря. Невозможно, как Вы верно заметили, прочесть всё. Или даже почти всё. Поневоле приходится выбирать.
…
По седьмому вопросу я, наверное, криво вопрос сформулировала. Имела в виду, что шаблон такой присвоили творчеству главной героини. А так, мне как раз кажется, что Вы вполне всеядны в плане лит. чтения. Творчество того же Флобера больше женское, если брать глубину эмоционального мира. Или «Красная лилия» Анатоля Франса — типично женский роман по тематике. Да много таких книг, сосредоточенных на внутреннем, а не на внешнем мире. Поэтому лично для меня такое противопоставление надумано. Есть просто плохие книги, плохо написанные, часто они при наличии закрученного сюжета могут получить популярность, но это будет уже чтиво, а есть хорошие книги по качеству исполнения, вне прямой зависимости от тематики.
Фильм ещё не смотрел, но сделаю это в ближайшее время.
Начну отвечать на вопросы, которые выходят за рамки кинокартины.
4. Таких книг нет. Когда сюжет известен, то не интересно перечитывать. Прекрасных книг так много, что нет времени возвращаться к пройденному.
5. Было одно исключение- «Братья Карамазовы» Ф. М. Достоевского. В школьные годы книга меня не заинтересовала, но где-то в 30 лет с небольшим я её перечитал. Впечатлило!
6. Из таких авторов, как Пелевин и Прилепин, не осилил ни одной книги. Видимо, слишком гениально для меня.
Но так же не смог прочитать «Человека без свойств» Роберта Музиля- как не пытался.(
7. «Дамские романы» не читал. Возможно, что ещё не дорос… до женщин.)
P.S. Вопрос к вам, как к филологу.
Может ли книга носить название: «Битвы ума за разум»?
Лина Богданова
Май! Яблони цветут. Душа поёт. А тело подпевает. Даже на грядке! И даже на чужой.
Ловила позитив Алевтина Михайловна, нежась на ласковом весеннем солнышке в необычной для себя позиции.
Одинокая пенсионерка соглашалась на любые предложения. Благо, что подруг с предложениями хватало. То поход в кино. То посиделки под баян. То акция по уборке старого парка. Теперь вот и до дачи добралась. Чужой, правда. Но оно и к лучшему – свою бы она не доглядела, силы не те. А Маринкину…
– Ой, какая тут у тебя красота! А краски! А ароматы! Голова кругом, сердце вальсом. Одного не пойму: чего же ты полгода в пыльном городе кукуешь?
– Мужа мне бы найти хотелось. Хозяина. С головой и руками. Участок внимания требует повышенного. Да и самой надоело во вдовьем чине вековать. А тут у нас кавалеров – одной рукой перечесть можно. Петрович, Сергеич да Лешка с Мишкой.
– Не устраивают? – проявила проницательность Алевтина Михайловна.
– Ты бы их видела.
Помолчали. Чаю попили. В доме порядок навели. Переключились на сад-огород.
Марина за побелку яблонь взялась. А подругу на грядки направила:
– Там особой сноровки и скорости не требуется. Возьми на себя морковку.
– Удружила, милочка. Всевозможные растяжки мне полезны. Заодно и виды на жизнь прополю – заросли капитально. Устарели.
Поначалу не уставала радоваться солнцу и теплу, птичьему щебету, попавшейся на глаза букашке. Потом почувствовала тяжесть в ногах. Вспомнила о старом радикулите. Присела на ведро.
– Умаялись, должно быть? – из-за забора показалась седая голова в кепочке.
«Петрович? Сергеич? Или Лешка с Мишкой?» – вспомнился перечень местных кавалеров.
– А если умаялась, то что? – в глазах Алевтины Михайловны запрыгали чёртики и голос зазвенел весёлыми нотками. – Помощь предложите? Или на сочувствии остановитесь?
– Могу и помочь…
***
Яблоневые цветы в лучах уходящего солнца казались золотыми. На веранде постанывал чайник, переливались красками заката нарядные чашки и пиалушки с фирменными Маринкиными джемами.
– В общем, ограничилось у нас исключительно морковкой, – улыбалась в чашку раскрасневшаяся Алевтина. – Да я и не напрягалась особенно.
– Почему? Сергеич мужик видный.
– С утра ты другое говорила.
– Мне хозяин на даче нужен, а не певун.
– Разберемся. До серьёзных отношений тут вряд ли дойдет. А вот компанию одинокому певуну составить можем. И какую! Сейчас позвоним Вике и Наталье. Они по певунам соскучились. Вот и соберём компанию. За пару недель участок твой до ума доведут. Это днём, ну а вечерами… марша Мендельсона не обещаю, но сезон ожидается замечательный.
Я оглядываюсь вокруг, бесконечно пораженная
неземной шириной, сияющей передо мной.
Я выгляжу и чувствую себя легкой и маленькой.
Золотисто-желтый цвет впитывается в меня.
И теперь я цела, несмотря ни на что.
Я дышу и живу, вплетенная в степь.
С верой в «ЗАВТРА» я буду ждать, и омар шепчет рядом со мной в желтом тумане.
Я оглядываюсь вокруг и босиком
я лечу, полная сил и прижимая руками
мое сердце, несущее золотые брызги
и сливающееся с желтым небом.
Сегодня я новая, красочная и другая.
Сегодня у меня бьющееся сердце в груди.
Завтра, возможно, я уйду, но моя душа, распростертая в твоих руках,
будет дорога.
Наш бедный старый яблоневый сад,
Весне весёлой праздничной не рад –
Ни грушам, ни черёмухам, ни сливам,
Ни вишенкам красоткам торопливым,
Одетым в белый свадебный наряд.
И лишь кивал ветвями невпопад
Одним ветрам нахально шаловливым.
А нынче пышновспененной, густой
Жемчужно-розоватой красотой
Наполнил день. Повисла тишь немая.
Скворец притих – свой дом не узнаёт.
Восторг. И нужных слов недостаёт
Озвучить прелесть главной тайны мая.
.
Новая Земля – «дорога», «путь». (*)
Дышит Ледовитый океан –
ветром северным наполнил грудь
маленького, стойкого белька. (*)
.
Баренцево, Карское моря
полюс дуновеньем перепел,
волей Арктики снега храня…
Копит силы время перемен.
.
В тесном логове скрывает наст
тельце нежное, весны дитя:
тюленёнок мал, усат, лобаст,
бусины-глаза на мир глядят.
.
Матери заботы, молоко
умножают быстро детский вес.
Разгоняет в небе высоко
облакА прорвавшийся норд-вест.
.
Пробуждается архипелаг –
вновь полярным летом вспыхнет день!
Дымкой на прибой весна легла.
Берегов короткой стала тень.
.
Проявляют гряды вечных скал
россыпи веснушек сквозь снега.
Север тюленёнка обласкал –
в пятнышках весной спина, бока.
.
Промелькнул весны спешащей бег.
Солнечный на шубку лёг загар –
прочь веснушчатый недолгий снег.
Лето Заполярья – дивный дар!
.
Океана воды бороздить
будет житель северных широт,
чтобы поколеньям новым жить!
Мир прекрасен. Север мой широк.
.
.
(*) Новая Земля; (помор. Матка) — дословно «путь», «дорога»; архипелаг в Северном Ледовитом океане между Баренцевым и Карским морями.
(*) белёк – детёныш тюленя.
А я на майские сбегаю на природу,
Когда заря на горизонте заблестит,
По Интернету обещали нам погоду,
Уже неделя, как пустили «Азурит».
Переправляюсь через речку на пароме
И, для работы вешней время экономя,
Я потихонечку до сада добегу,
Что на озёрном притаился берегу.
А сад весенний, принакрывшийся фатою,
Меня встречает, распустившись поутру,
И я с восторгом полной грудью наберу
Целебный воздух со смолистостью родною.
Здесь зеленеет обольстительница-ель,
И обелила дерева густая бель.
Здесь за нектаром полетел мохнатый шмель,
А соловейко засвистел дневную трель.
Антициклон сюда на майские волною
Пригнал жару да с ней играется в саду.
Повсюду яблони купаются в цвету,
А небо ясное и плещет синевою,
Листва трепещет, улыбаясь вешняку.
Я это счастье непременно сберегу
И расскажу о нём в лирической короне.
Оно скрывается в изысканном пионе,
Что распускается – он майский фаворит.
Оно пеоном устремится на свободу,
Стихотворением пейзажным одарит,
И настроение подымет садоводу!