Русская, мудрая осень… (Отрывок)

Святость, конечно, вне времени и пространства — но всё же размышление о Вечном в произведении показаны на «фоне» осени. Потому, наверное, что осень символизирует новый этап жизни человека и в миру, и в Церковном Соборном Единстве. На осень приходится и Церковное Новолетие и Рождество Богородицы, без которого не было бы победы над смертью. И Воздвижение Креста Господня. И дни памяти многих чудотворных икон Богородицы — Заступницы Земли Русской. И, наконец, Покров Пресвятой Богородицы, который отмечается только в России и без которого невозможно представить жизненного ритма Руси, России не протяжение веков.

И не только. Очень быстро летит время — и Церковь переживает много различных «этапов», пережила и годы безбожного лихолетья. Но Она никогда не погибнет! И всякий верующий придёт в Нее, чтобы «встретить молитвенный час».

 И потому образ осени во многих произведениях отражает мысль о смерти ради Воскресенья в Жизнь Вечную.

И вот похожие образы, похожие мысли воплотились и другом произведении этого удивительного поэта.

Красотой октября запорошен,

Лес в высоком порыве затих,

Лишь осина предсмертною дрожью

Нагоняет тоску на других.

Мир от прелести гиблой спасая,

Призывая раскаянья час,

Подымается ветер Исайей

Пышность рощ и лесов обличать.

Осень — пора осмысления, покаяния, как зрелый возраст человеческой жизни. И, рисуя образ природы, поэт призывает человека задуматься о том, как он живёт, как жил «весной» и «летом» — когда даны были силы для добрых дел, для великих свершений. А теперь осень – время «ответа». И потому пора задуматься и осознать, что сделано за прожитые годы. Осознать и покаяться.

Оттого-то в этом произведении, начинающемся с осеннего пейзажа, Пророк – главный образ. Оттого и «подымается ветер Исайей пышность рощ и лесов обличать».

 Пророк призван спасти людей от рабства, страшнее египетского, — рабства духовного, рабства греховных страстей. Он обличает порочность людей, заставляя задуматься о том, какими предстанут они на Суд Божий. На Суд, где не спасут ни богатство, ни знатность. И «призывает» Пророк «раскаянья час».

Как ветер срывает пышность нарядов леса, так Пророк призывает людей «препоясаться вретищем», отказаться от греховных утех, чтобы не кануть в бездну.

И природа в той пышности каясь

Истязуя такую красу!

Окровавленными языками

Устилает пророку стезю.

И вот всё мироздание «прислушалось» к обличающим словам Пророка – и кается, отказываясь от «блеска» греховной жизни, — «в пышности каясь», «истязуя такую красу». Как уже было сказано, образ облетающих листьев, нагих деревьев отражает главную мысль Пророка в видимых человеку образах.

А к утру, утомясь от пророчеств,

Ветер сделался снова незрим.

… Беззаботно клененок лопочет

Языком предпоследним своим.

А финал, наверное, возвращает в мир людей, хочется думать, внявшим словам Пророка. Может быть, поэтому последний образ, который мы видим в стихотворении, – «кленёнок» — чистый сердцем ребёнок как надежда на Спасение. Ведь именно ради Спасения людей из греховной бездны пришёл к ним Пророк.

И, приближаясь к финалу этого непростого, но очень важного разговора о мудрости осенней природы, хотелось бы обратиться ещё к одному стихотворению того же прекрасного поэта:

Чему нас осень поучает

Поблекла красота смеющейся природы,

Умчалась сладкая пора неведомо куда,

Не прячутся в кустах пернатых хороводы,

Таит печаль в реке текущая вода.

Редеет лес, уж спрятались букашки,

Поля безбрежные, достоинство храня,

Собрались на покой, засохли и ромашки -

Все увядает, тайну затая.

 Не надивиться мне Господним поученьем...

Глядя на мир природы годовой;

Недавно видел я черёмухи цветенье,

Сегодня уж стоит в одежде золотой.

Качались роз душистые бутоны,

Во ржи волнистой красовались васильки.

Как под шатром скрывались тихие затоны,

А там — левкой, там – чудо — мотыльки!

Ты, Боже, учишь нас, чтоб мы не забывали,

В кругу сует святую даль небес;

Что всё здесь временно, вот нам напоминают:

 Поля, луга и обнажённый лес!

Велик Господь, дивны Eго творения,

Во всём могущество, премудрость, простота,

Всё уверяет нас в грядущем Воскресении

Ради святых заслуг безгрешного Христа.