Ирина, благодарю! Я храню игрушки своего детства и даже перевезла их из РФ в Болгарию. Не все, конечно, уцелели за полвека, но кое-что с душой ежегодно украшает елочку.
Свекровь моя жила в самом центре Грозного, рядом с рынком. Во время одного из обстрелов, когда она, к счастью (по настоянию соседки) спустилась в бомбоубежище, снаряд попал прямо в их подъезд, расколов его пополам. Ну и её квартиру, конечно. В чем была, в том и осталась. Жила у сестры в Заводском, на руках у них было 4 бабушки от 80 до 92 лет. Выехать им удалось только в 1995, с помощью знакомой чеченки, работавшей проводницей. Я видела в новостях кадры с разбомбленным домом и почти год не говорила об этом мужу, пока не пришли известия, что мама его жива. Так что война эта по нашей семье проехала бульдозером…
Константин, у Вас очень глубокие, философские произведения. но вот из-за тяжелого, нестройного ритма читать их сложно. Вы не хотите попробовать белый стих, без необходимости соблюдать размер, рифму? Мне почему-то кажется, что может получиться очень красиво.
Иван, как и обещала, внимательно прочла этот рассказ. И не один раз, потому что хотела понять, почему с первого раза он у меня вызвал противоречивые чувства. Не могла понять их природу. Отмечу два момента. Первый — эмоциональный. Возникла ассоциация с фильмом «12», хотя и понимаю, что в основу положена другая история. Второй — литературный. Как и в «Русском характере» важно определить, что Вы хотите показать своим произведением. Если это что-то типа дневниковых записей, и важен не сам сюжет и его главные герои, а простая констатация всех событий, происходящих вокруг, то все хорошо. Только тогда я бы обозначила в названиях Ваших новелл что-то типа «Из дневников военного...». Тогда все отступления, замечания и оценка этих событий будут понятны и оправданы. Но если мы говорим о законченном рассказе, названном «Детство в развалинах», то читатель вправе ожидать, что автор сосредоточится на судьбе главного героя — мальчика Ромы. А мне в качестве такого читателя откровенно мешали большие абзацы — отступления, в которых автор от лица капитана высказывает свою точку зрения на «национальные загадки», проверяющих из центра и т.д. Я бы больше хотела почитать о мальчике, его прошлом, о жизни во время войны (вспоминаем название рассказа!), о формировании их отношений с капитаном. Ведь мало было одного желания взрослого незнакомого человека взять ребенка с собой и оформить документы ( и упомянутого акта совсем недостаточно, но это и не важно для данного рассказа, если мы уйдем от документальности). Нужно, чтобы и ребенок захотел уехать именно с этим человеком. Но все это мои личные впечатления, может, что-то из них Вам пригодится в дальнейшем. А в целом рассказ мне очень понравился! У Вас отличный слог, легко читаемый. От себя только добавлю, что в Грозном военные снабжали местное население не только тем, что не доели сами, но и централизовано выдавали продукты (хлеб, соль, макароны и т.д.), одеяла, простыни и др. И эта помощь действительно помогла многим выжить. Моя свекровь ходила в Заводском регулярно за такой помощью и тем самым спасала от голода четырех старушек.
Андрей, давайте всё же не будем переходить на личности, мы все такие разные, со своими жизненными историями и позициями. Война меняет людей. Мир настолько наполнен агрессией, что не стоит её переносить в наш уютный клуб.
Иван, я внимательно прочла Ваш рассказ и нисколько не сомневаюсь, что он написан на основе реального опыта. И опыт этот у каждого свой. Я лишь высказала своё мнение относительно названия — не Ваших дневниковых воспоминаний, а литературного произведения, выставленного на суд читателей, проживающих в разных странах. Допустим, я не гражданка РФ, и, читая рассказ под названием «Русский характер», формирую своё мнение обо всех русских. Думаю, это было бы неправильно. Поэтому — поскольку клуб у нас литературный, а не политический — я не обсуждала и нее осуждала конкретно Вашего героя (это Ваше право, как автора, наделить его определенными чертами). Но именно Вы, как автор, представляете читателю этого персонажа как типичного представителя нации. И это требует ответственности и готовности к тому, что не все читатели согласятся с Вами, что и показывает развернувшаяся дискуссия. Имей рассказ другое название (например «Моя мирная война»), уверена, реакция была бы другая. Но если Вы убеждены, что правильно выбрали его, будьте готовы отвечать аргументировано — почему описанные поступки достойны характеризовать русского человека. Что до нелицеприятной оценки образа сотрудников МВД, сложившегося у многих, то виноваты в этом сами представители этого ведомства. Увы, времена, когда слова «Моя милиция меня бережет» соответствовали действительности, давно канули в Лету. Хотя я и на юрфак пошла, вдохновленная примерами лучших её представителей, и до сих пор горжусь, что одним из моих учителей и наставников был полковник Юрий Петрович Дубягин (в прошлом преподавал в Академии МВД), выдающийся криминалист. И у меня много друзей среди «ментов», к которым я отношусь с искренним уважением. Но, увы, многолетний опыт работы в правовой сфере в РФ свидетельствует, что исключение подтверждает правило. Надеюсь, мой комментарий никого не обидел, и в дальнейшем наши диспуты будут более касаться литературы, чем политики. Тем более, что рассказы Ваши интересны и вызывают желание их обсуждать. Как автор, я бы этому радовалась:)
Отмечу два момента. Первый — эмоциональный. Возникла ассоциация с фильмом «12», хотя и понимаю, что в основу положена другая история.
Второй — литературный. Как и в «Русском характере» важно определить, что Вы хотите показать своим произведением. Если это что-то типа дневниковых записей, и важен не сам сюжет и его главные герои, а простая констатация всех событий, происходящих вокруг, то все хорошо. Только тогда я бы обозначила в названиях Ваших новелл что-то типа «Из дневников военного...». Тогда все отступления, замечания и оценка этих событий будут понятны и оправданы.
Но если мы говорим о законченном рассказе, названном «Детство в развалинах», то читатель вправе ожидать, что автор сосредоточится на судьбе главного героя — мальчика Ромы. А мне в качестве такого читателя откровенно мешали большие абзацы — отступления, в которых автор от лица капитана высказывает свою точку зрения на «национальные загадки», проверяющих из центра и т.д. Я бы больше хотела почитать о мальчике, его прошлом, о жизни во время войны (вспоминаем название рассказа!), о формировании их отношений с капитаном. Ведь мало было одного желания взрослого незнакомого человека взять ребенка с собой и оформить документы ( и упомянутого акта совсем недостаточно, но это и не важно для данного рассказа, если мы уйдем от документальности). Нужно, чтобы и ребенок захотел уехать именно с этим человеком.
Но все это мои личные впечатления, может, что-то из них Вам пригодится в дальнейшем.
А в целом рассказ мне очень понравился!
У Вас отличный слог, легко читаемый.
От себя только добавлю, что в Грозном военные снабжали местное население не только тем, что не доели сами, но и централизовано выдавали продукты (хлеб, соль, макароны и т.д.), одеяла, простыни и др. И эта помощь действительно помогла многим выжить. Моя свекровь ходила в Заводском регулярно за такой помощью и тем самым спасала от голода четырех старушек.
Где же кружка?
Сердцу станет веселей»!
Я лишь высказала своё мнение относительно названия — не Ваших дневниковых воспоминаний, а литературного произведения, выставленного на суд читателей, проживающих в разных странах. Допустим, я не гражданка РФ, и, читая рассказ под названием «Русский характер», формирую своё мнение обо всех русских. Думаю, это было бы неправильно.
Поэтому — поскольку клуб у нас литературный, а не политический — я не обсуждала и нее осуждала конкретно Вашего героя (это Ваше право, как автора, наделить его определенными чертами). Но именно Вы, как автор, представляете читателю этого персонажа как типичного представителя нации. И это требует ответственности и готовности к тому, что не все читатели согласятся с Вами, что и показывает развернувшаяся дискуссия.
Имей рассказ другое название (например «Моя мирная война»), уверена, реакция была бы другая. Но если Вы убеждены, что правильно выбрали его, будьте готовы отвечать аргументировано — почему описанные поступки достойны характеризовать русского человека.
Что до нелицеприятной оценки образа сотрудников МВД, сложившегося у многих, то виноваты в этом сами представители этого ведомства. Увы, времена, когда слова «Моя милиция меня бережет» соответствовали действительности, давно канули в Лету. Хотя я и на юрфак пошла, вдохновленная примерами лучших её представителей, и до сих пор горжусь, что одним из моих учителей и наставников был полковник Юрий Петрович Дубягин (в прошлом преподавал в Академии МВД), выдающийся криминалист. И у меня много друзей среди «ментов», к которым я отношусь с искренним уважением. Но, увы, многолетний опыт работы в правовой сфере в РФ свидетельствует, что исключение подтверждает правило.
Надеюсь, мой комментарий никого не обидел, и в дальнейшем наши диспуты будут более касаться литературы, чем политики. Тем более, что рассказы Ваши интересны и вызывают желание их обсуждать. Как автор, я бы этому радовалась:)