Надежда, вы меня растрогали тем, что думали о моём сонете ночью, да ещё придумали сказочную концовку! Если вам — критику — понадобилось время, чтобы понять логику стиха, то что говорить о простом читателе — он, конечно, не будет над этим ломать голову — просто перевернёт страницу. Вы точно подметили: я осознаю своё бессилие в творчестве и боюсь его. Вы, как опытный психолог, вывели на свет всё то, что находится в моём подсознании. Резких и глубоких стихов, как у Лермонтова, за 8 лет пребывания в сети — я не видела. Зато видела искренние, до отказа наполненные болью. Лексика и синтаксис — моё слабое место, я не смогу сделать их более эффектными. Сейчас читателя ничем не удивишь и расти надо не ему в угоду, а для себя.
Спасибо, Ирина! Вот я и стараюсь вложить в каждое стихотворение свои эмоции, переживания, размышления так, чтобы их понял читатель. Как это получается — вам судить.
Да, Майя, я тоже ощущаю что сложная форма сковывает, но она и тренирует, побуждает к росту. Всегда интересно попробовать что-то новое, испытать себя. Моя беда в том, что я мало читала книг по этому вопросу.
Читателю важно само стихотворение, и чем лучше оно написано, тем менее важна форма его написания – читатель просто этого не замечает.
Нет, Сергей, я всегда отмечаю каким размером написано стихотворение и каков порядок клаузур. Удивляюсь, как я недоглядела такой грубый промах со словом «назад»!?
Спасибо, Надежда! Вы указали на мои ошибки, которые буду стараться исправлять, по мере своих возможностей. Вы точно отметили:" Лирическое «я» внутри этого сонета хочет «повторить себя», как в старые добрые времена. Быть не хуже себя вчерашнего. Хотя бы не потерять себя вчерашнего." это и есть главная мысль сонета. Судя по приведённой Вами цитате, писать сонеты — невероятно сложно: надо знать очень много тонкостей, а я взялась за перо без чтения учебной литературы (хотя, думаю, если бы я её прочла, то вообще не решилась бы браться за такое трудное дело).
Георгий, я пишу для того, чтобы доказать себе, что я что-то могу сотворить. И ещё есть один аспект — мистический: я думаю, что Бог мне посылает стихи для утешения в моих трудных жизненных обстоятельствах. Как понимаю, мы с Вами в этом схожи — Вы тоже пишите для себя. Но мне надо понять в каком направлении двигаться, что мне даётся лучше, что хуже, что отбросить, что оттачивать. Мне интересно учиться. На роль создателя вселенского счастья я, конечно же, не претендую.
Вот что ответил один уважаемый мной писатель на мои вопросы:
«Дорогая Галя!
Что скажу о твоем стихотворении? У меня нет причин приукрашивать, потому скажу, как думаю. Акростих сам по себе — напоминает дерево из французского парка, изуродованное садовником. Отвратительное зрелище. Дерево должно быть ДЕРЕВОМ, а не кубом или конусом. Форма тобой выдержана идеально. НО. Твои стихи не трогают, не берут за душу, не оставляют следа в памяти. Они — безнадежно устаревшие. Ты завязла в прежних эпохах. Пиндирюшкин, Хермонтов — точнее, еще глубже, какой-то Вильям, Трясущий Копьем. Все это не просто устарело, а давно обратилось в прах и сегодня уже имеет нулевую значимость. Твои стихи, Галя, совершенны, идеальны по форме, академичны. Но в них нет ЖИЗНИ, от них разит нафталином. И потому они не вызывают трепета в душе.»
Так пахнут липы! Детством безвозвратным… Во мне листва шумит, не умолкает. Всё кажется, как день, простым, понятным, И папа меня к солнцу поднимает. Взметнутся косы, пыльные сандалии Дугу прочертят в воздухе отважно. У папы руки сильные, из стали! Я с высоты смотрю, и мне не страшно! Земля и небо золотом облиты. И что-то странно ухает под сердцем. И голову дурманом кружат липы, И пахнут детством. * * * Г. Скударёва
На клумбах вновь цветы росой умыты — День летний обещает быть хорошим. А у меня — коленки все разбиты И платье порвано в цветной горошек.
Вчера весь день просила у соседа Велосипед зелёный — покататься И встретить папу. Приезжает в среду… Себе я обещала не бояться
И вот упала. Как отца я встречу — В халате старом, повидавшем виды? Ведь платье не заштопано. Весь вечер В подушку я рыдала от обиды.
А утром… Не успела я проснуться, Накрыл меня волной знакомый запах: Там, в кухне, кто-то тихо звякнул блюдцем… Конечно папа, мой любимый папа!
Тогда это ошибка поэта: руки пишут одно, а душа замысливает другое. А если не ошибка, то необходимо принять то, что создалось. Замысливал одно, сотворил что-то новое.
Соглашусь с Вами, Надежда. Буду внимательнее подбирать слова для новых творений! P.S. Видите, пока я не раскрыла мотивацию создания стихотворения, все принимали это за любовные стихи.
Надежда! Ни в коем случае не оспаривая ваше мнение о моём стихотворении, я хочу пояснить вам мотивы его создания, контекст. Это написано отцу. Я родилась больной девочкой и, вместо каких-то своих интересов — общение с друзьями, например,- папа был вынужден сидеть со мной. И, чувствуя свою вину в этом, я и написала ему это, прося прощения за его упущенные возмозности. Так что не всегда всё очевидно в стихах, как кажется на первый взгляд! Никакой барышни с сельским кавалером там и в помине нет!
Рада, что нашла единомышленника! Я всегда с некоторым недоверием относилась к громкой славе Ахматовой, — уж больно простые у неё и темы стихов, и преобладание глагольных рифм. Подберезин пишет, что современники, которым А.А читала свою «Поэму без героя» — не понимали её. Что же говорить о нас!
Если вам — критику — понадобилось время, чтобы понять логику стиха, то что говорить о простом читателе — он, конечно, не будет над этим ломать голову — просто перевернёт страницу.
Вы точно подметили: я осознаю своё бессилие в творчестве и боюсь его. Вы, как опытный психолог, вывели на свет всё то, что находится в моём подсознании.
Резких и глубоких стихов, как у Лермонтова, за 8 лет пребывания в сети — я не видела. Зато видела искренние, до отказа наполненные болью.
Лексика и синтаксис — моё слабое место, я не смогу сделать их более эффектными.
Сейчас читателя ничем не удивишь и расти надо не ему в угоду, а для себя.
Всему надо учиться, серьёзно и глубоко.
Вы точно отметили:" Лирическое «я» внутри этого сонета хочет «повторить себя», как в старые добрые времена. Быть не хуже себя вчерашнего. Хотя бы не потерять себя вчерашнего." это и есть главная мысль сонета.
Судя по приведённой Вами цитате, писать сонеты — невероятно сложно: надо знать очень много тонкостей, а я взялась за перо без чтения учебной литературы (хотя, думаю, если бы я её прочла, то вообще не решилась бы браться за такое трудное дело).
Читает ли сегодня сонеты средняя возрастная категория?
Вы частично ответили на мой вопрос, сказав, что это литературная игра.
Бог мне посылает стихи для утешения в моих трудных жизненных обстоятельствах.
Как понимаю, мы с Вами в этом схожи — Вы тоже пишите для себя.
Но мне надо понять в каком направлении двигаться, что мне даётся лучше, что хуже, что отбросить, что оттачивать.
Мне интересно учиться.
На роль создателя вселенского счастья я, конечно же, не претендую.
«Дорогая Галя!
Что скажу о твоем стихотворении?
У меня нет причин приукрашивать, потому скажу, как думаю.
Акростих сам по себе — напоминает дерево из французского парка, изуродованное садовником. Отвратительное зрелище. Дерево должно быть ДЕРЕВОМ, а не кубом или конусом.
Форма тобой выдержана идеально.
НО.
Твои стихи не трогают, не берут за душу, не оставляют следа в памяти.
Они — безнадежно устаревшие.
Ты завязла в прежних эпохах. Пиндирюшкин, Хермонтов — точнее, еще глубже, какой-то Вильям, Трясущий Копьем.
Все это не просто устарело, а давно обратилось в прах и сегодня уже имеет нулевую значимость.
Твои стихи, Галя, совершенны, идеальны по форме, академичны.
Но в них нет ЖИЗНИ, от них разит нафталином.
И потому они не вызывают трепета в душе.»
Папе
Так пахнут липы! Детством безвозвратным…
Во мне листва шумит, не умолкает.
Всё кажется, как день, простым, понятным,
И папа меня к солнцу поднимает.
Взметнутся косы, пыльные сандалии
Дугу прочертят в воздухе отважно.
У папы руки сильные, из стали!
Я с высоты смотрю, и мне не страшно!
Земля и небо золотом облиты.
И что-то странно ухает под сердцем.
И голову дурманом кружат липы,
И пахнут детством.
* * *
Г. Скударёва
На клумбах вновь цветы росой умыты —
День летний обещает быть хорошим.
А у меня — коленки все разбиты
И платье порвано в цветной горошек.
Вчера весь день просила у соседа
Велосипед зелёный — покататься
И встретить папу. Приезжает в среду…
Себе я обещала не бояться
И вот упала. Как отца я встречу —
В халате старом, повидавшем виды?
Ведь платье не заштопано. Весь вечер
В подушку я рыдала от обиды.
А утром… Не успела я проснуться,
Накрыл меня волной знакомый запах:
Там, в кухне, кто-то тихо звякнул блюдцем…
Конечно папа, мой любимый папа!
Соглашусь с Вами, Надежда. Буду внимательнее подбирать слова для новых творений!
P.S. Видите, пока я не раскрыла мотивацию создания стихотворения, все принимали это за любовные стихи.
мотивы его создания, контекст. Это написано отцу. Я родилась больной девочкой и,
вместо каких-то своих интересов — общение с друзьями, например,- папа был вынужден сидеть со мной.
И, чувствуя свою вину в этом, я и написала ему это, прося прощения за его упущенные возмозности.
Так что не всегда всё очевидно в стихах, как кажется на первый взгляд!
Никакой барышни с сельским кавалером там и в помине нет!
Тогда до чего же мы дойдём?