Леденец блестящей льдинки разломаю пополам. Лакомые половинки обе — солнышку отдам. Солнце ласковое слижет потерявший силу лёд. Ведь апрель всё ближе, ближе: вместе с ним тепло придёт!
Кот Котофеич ступал осторожно, но половицы скрипелии тревожно. Где-то из щёлочки пискнула мышь: «Ловкий охотник, куда ты спешишь? Слышим твоё приближенье давно мы! Знаешь, с повадкой твоей мы знакомы: если бесшумно по крыше идёшь, нас пробирает ужасная дрожь.»
Из персика рассвет своё варенье варит. Авроры рафинад растаял без следа. Несмятая трава бокал тюльпана дарит, а в нём — нектар любви прозрачный, как вода. Но юноша сорвал цветок неосторожно, тугие лепестки пускать по ветру стал. Пропало волшебство. И стало так тревожно, что на осине лист в тиши затрепетал.
Для меня ответ очевиден: мы не можем в полной мере исполнить ни одну заповедь, и поэтому любовь к земному в нас преобладает. Я опять всплакнула над этими стихами.
и мраморный лоб высокий
ты в дар мне сегодня принёс,
единственный мой, светлоокий.
Не знаю сама, что творю…
Какое надеть мне платье?
Я вижу улыбку твою,
я чувствую жар объятья.
Свечи слетел лепесток,
тела сотрясая током.
… Так вот он — любви исток,
и страсть на челе высоком!
разломаю пополам.
Лакомые половинки
обе — солнышку отдам.
Солнце ласковое слижет
потерявший силу лёд.
Ведь апрель всё ближе, ближе:
вместе с ним тепло придёт!
но половицы скрипелии тревожно.
Где-то из щёлочки пискнула мышь:
«Ловкий охотник, куда ты спешишь?
Слышим твоё приближенье давно мы!
Знаешь, с повадкой твоей мы знакомы:
если бесшумно по крыше идёшь,
нас пробирает ужасная дрожь.»
Авроры рафинад растаял без следа.
Несмятая трава бокал тюльпана дарит,
а в нём — нектар любви прозрачный, как вода.
Но юноша сорвал цветок неосторожно,
тугие лепестки пускать по ветру стал.
Пропало волшебство. И стало так тревожно,
что на осине лист в тиши затрепетал.
С ужасным грохотом садится мне на крышу.
И — в шумном городе — боюсь, что не услышу,
Господь, я имя тихое Твоё.
Как трогателен огонёк свечи
у лика Богородицы мерцая!
Иконе помолись и помолчи,
О всех ушедших горестно вздыхая.
к земному в нас преобладает.
Я опять всплакнула над этими стихами.
Спасибо, что откликнулись!