Считается, что стихотворение можно не делить на катрены, если в нём не больше двенадцати строчек. В принципе, разделение делают для удобства чтения, как я считаю. Конечно, межстрочное расстояние заставляет слегка напрягать извилины, чтобы перетащить мысль из катрена в катрен. Поэтому я стараюсь избегать таких явлений. Но иногда просто невозможно уложить мысль в четыре строчки, а произведение длинное. Поэтому тут на выбор автора — иногда восьмистишиями оформляют. Но, согласна с Леной — это не главное в поэзии. А главное — не отпускать внимание читателя.
Интересное и полезное получилось обсуждение, поэтому спасибо, Сергей, что предоставил стихотворение для полемик. В принципе, всё уже сказано, но как злобный редактор, добавлю кое-что. Чисто из личной въедливости и дотошности.
Между небом и землёю Натянулись струны сосен, Скоро арфой золотою Заиграет на них осень. Образ шикарный, картинку создаёт очень красивую. Но если всмотреться в смыслы, то получается некоторая неувязка. Сосны — это струны. Золотая арфа — это осень. Получается, что арфа-осень заиграет на струнах-соснах. Арфа же не может сама на себе играть, здесь нужен арфист или арфистка.
Гуси пролетают громко. Почему на этой строчке сознание спотыкается — потому что создаётся акцент на процессе полёта, а не на общем поведении птиц. Просто для сравнения — машина громко проезжает или машина громко сигналит. В первом случае читатель слышит шум мотора, во втором, клаксон. Так и здесь, громко пролетают — это, скорей, хлопанье крыльями, чем крики. Но, поразмыслив, читатель понимает, что это, скорей всего, гогот гусиный. Однако в этом и кроется авторская ошибка — он заставил читателя споткнуться, что в пейзажной лирике недопустимо.
И последнее. Однажды я где-то прочитала, что нежелательно использовать разные окончания в таких словосочетаниях, как «арфОЙ золотОЮ». То бишь, если «золотОЮ», то «арфОЮ». А если «арфОЙ», то «золотОЙ». Вот такие тонкости. Я, конечно, не считаю это злостной ошибкой, но мне это засело в голову, и с тех пор не допускаю в своих стихах разнобоя окончаний. И всегда малость сожалею, когда встречаю в стихах такую ошибку, ошибочку, ошибулечку.
Серёж, мне кажется, что подбор редких рифм — дело не только вкуса, но и мастеровитости. Но я, например, в данном случае не заметила, что есть не слишком изысканные рифмы, значит, все слова несут эмоциональный заряд, а это в поэзии самое важное. Собственно, это и есть поэзия.
Прочитала комментарий, мало чего поняла. Возникло желание кое-где поспорить и прояснить для себя некоторые Ваши рассуждения, Любовь. Струны сосен — это высокие, тонкие стволы. Сосна — светолюбивое растение, и когда ей тесно, ствол становится высоким, формируя крону только на вершине. Таким образом автор нарисовал сосновый бор. Мне образ очень понравился — два слова и картинка готова. Натянула осень струны — где здесь инверсия? Над кромкой леса выльются туманы — тоже не вижу ничего противоестественного. Здесь можно и облака представить, и таёжные туманы, которые поднимаются над лесом пеленой. Я сама жила в тайге, видела. Про времена глаголов тоже не соглашусь. Всё вполне органично — сначала человек рассказывает, что будет, потом подводит итог, который в прошедшем времени, будто он уже это пережил. А они это и переживал не один раз! Мне, наоборот, последняя строчка очень нравится какой-то щемящей незащищённостью. Лето унесут куда-то — нормальный пиррихий, вроде. Где же на хорей двусложных слов напасёшься? То же самое по поводу второй строки последнего четверостишия — это пиррихий, всё нормально. Совсем не обязательно ставить в конце катрена точку. Можно и запятую, если это перечисление. Главное, чтобы мысль в четвёртых строках была закончена, не переползала в следующее четверостишие. А так-то автор захотел запятую, это его право.
Потрясена живописью. Это прямо моё что-то! Картины не всегда нравятся, но если нравятся, редко вызывают чувство, будто что-то родное. Подсознание что-то подсказывает, и я всматриваюсь, всматриваюсь. Онежечка, сколько же в тебе талантов!
В принципе, всё уже сказано, но как злобный редактор, добавлю кое-что. Чисто из личной въедливости и дотошности.
Между небом и землёю
Натянулись струны сосен,
Скоро арфой золотою
Заиграет на них осень.
Образ шикарный, картинку создаёт очень красивую. Но если всмотреться в смыслы, то получается некоторая неувязка. Сосны — это струны. Золотая арфа — это осень. Получается, что арфа-осень заиграет на струнах-соснах. Арфа же не может сама на себе играть, здесь нужен арфист или арфистка.
Гуси пролетают громко. Почему на этой строчке сознание спотыкается — потому что создаётся акцент на процессе полёта, а не на общем поведении птиц.
Просто для сравнения — машина громко проезжает или машина громко сигналит. В первом случае читатель слышит шум мотора, во втором, клаксон. Так и здесь, громко пролетают — это, скорей, хлопанье крыльями, чем крики. Но, поразмыслив, читатель понимает, что это, скорей всего, гогот гусиный. Однако в этом и кроется авторская ошибка — он заставил читателя споткнуться, что в пейзажной лирике недопустимо.
И последнее. Однажды я где-то прочитала, что нежелательно использовать разные окончания в таких словосочетаниях, как «арфОЙ золотОЮ». То бишь, если «золотОЮ», то «арфОЮ». А если «арфОЙ», то «золотОЙ». Вот такие тонкости. Я, конечно, не считаю это злостной ошибкой, но мне это засело в голову, и с тех пор не допускаю в своих стихах разнобоя окончаний. И всегда малость сожалею, когда встречаю в стихах такую ошибку, ошибочку, ошибулечку.
Струны сосен — это высокие, тонкие стволы. Сосна — светолюбивое растение, и когда ей тесно, ствол становится высоким, формируя крону только на вершине. Таким образом автор нарисовал сосновый бор. Мне образ очень понравился — два слова и картинка готова.
Натянула осень струны — где здесь инверсия?
Над кромкой леса выльются туманы — тоже не вижу ничего противоестественного. Здесь можно и облака представить, и таёжные туманы, которые поднимаются над лесом пеленой. Я сама жила в тайге, видела.
Про времена глаголов тоже не соглашусь. Всё вполне органично — сначала человек рассказывает, что будет, потом подводит итог, который в прошедшем времени, будто он уже это пережил. А они это и переживал не один раз! Мне, наоборот, последняя строчка очень нравится какой-то щемящей незащищённостью.
Лето унесут куда-то — нормальный пиррихий, вроде. Где же на хорей двусложных слов напасёшься? То же самое по поводу второй строки последнего четверостишия — это пиррихий, всё нормально.
Совсем не обязательно ставить в конце катрена точку. Можно и запятую, если это перечисление. Главное, чтобы мысль в четвёртых строках была закончена, не переползала в следующее четверостишие. А так-то автор захотел запятую, это его право.
Спасибо организатору Наталье Симановой за то, что она придумывает невероятные темы для конкурсов!