Одно из моих определений большого поэта: это тот, на чей стих я не могу сочинить мелодию. Не пойму, в чём дело — то ли в том, что не за что зацепиться, чтобы протянуть «а-а-а» какую-то строчку, то ли в том, что это слова, коим уготовано не быть озвученными нараспев, то ли в том, что местами просто горло перехватывает, а гитара не звенит.
Тщетно ожидая Поэта, порой встречаешь человека, владеющего словом настолько, что приникаешь — и оставляешь себе: в «закладках», текстовых файлах, чтобы перечитать, вновь испытать удовольствие от прикосновения к самобытному стиху, показать близким. Надежда Бесфамильная — это родник, питьё из которого зависит не только от того, что в нём пробурливается сквозь чистейший песок, но и от того, как ты, читатель, сам умеешь пить и готов ли испить такого. Спасибо за Слово!
Прочёл я текст песни к «Калигуле», и вспомнились мне Михаил Анчаров и Константин Сергиенко — вот уж кто из прозаиков умел вплести свой дар стихосложения в талант драматурга: их стихи не просто вставлялись в прозу, а подчёркивали и оттеняли нарисованные словом картины, разряжали или нагнетали, то опорой служили, то давали подножку. Примерно то же самое удалось и Денису в этой песне. Но не могу не заметить, что способность к стихосложению у Дениса не более чем младшая сестрёнка драматургического дара, которой, видимо, досталось чуточку меньше, чем старшей: порою слог суховат, а найденные образы и сравнения словно случайны. Но верю, это уйдёт, драматургия и гитара тому порукой.
Удивительный поэт Маргарита. Читаешь, и то покажется скучным архитектором, подогнавшим в проекте балочку к арочке в усыпляющем ритме, а то вдруг саданёт трёхсложной рифмой в ритме, за которым всем наверняка видится Рок, а мне ещё рок и слышится — рифмы, как риффы, рассекающие, резонирующие.
Горожанин, наблюдатель, деталист. Владение словом отменное, метафоры неожиданные, уникальные; ритмы интересные, я давно таких не встречал, их занятно вслух проговаривать, вызывая в себе резонанс. Ну и, видимо, прекрасное чувство юмора и ментальная строгость к себе — к себе в поэзии — препятствуют подмешиванию в стихи того, о чём обычно говорят: ну вот, расфилософствовался!..
Вспышка злобы — всего лишь вариант, хоть и крайний, прекратить эту связь, тяжёлую, на уровне несомого креста. Однако всё остаётся как было: параллельный путь на расстоянии цепи.
О том, что не стало Царёва, я узнал на Стихире много после печального дня. До этого видел, что он однажды заглянул и на мою страничку и прочёл несколько моих поделок. Ну а известие о кончине Игоря было горьким. Отозвался я неуклюже, но искренне.
Зацокали горошинами, запрыгали несколько сотен простых и выспренних, дежурных и искренних скорбей об Игоре, давно у меня загостившемся в «избранных». Входят страшные шестеро — в крышку гвозди, не платит щеке за транзит слеза… Зашёл однажды тихонько в гости — гости вовеки, я только «за».
Надежда Бесфамильная — это родник, питьё из которого зависит не только от того, что в нём пробурливается сквозь чистейший песок, но и от того, как ты, читатель, сам умеешь пить и готов ли испить такого.
Спасибо за Слово!
Но не могу не заметить, что способность к стихосложению у Дениса не более чем младшая сестрёнка драматургического дара, которой, видимо, досталось чуточку меньше, чем старшей: порою слог суховат, а найденные образы и сравнения словно случайны. Но верю, это уйдёт, драматургия и гитара тому порукой.
Каждый стих, как казначейский билет золотом, обеспечен любовью: «Я вас люблю».
Новых встреч, друзей, строчек!
cloud.mail.ru/public/BtyR/G53r5G1uz
Зацокали горошинами, запрыгали
несколько сотен простых и выспренних,
дежурных и искренних скорбей об Игоре,
давно у меня загостившемся в «избранных».
Входят страшные шестеро — в крышку гвозди,
не платит щеке за транзит слеза…
Зашёл однажды тихонько в гости —
гости вовеки, я только «за».